– Пущай говорит она, она же – стратег оранжевой революции, – встал на защиту поэт и стратег Турко-Чурко. – Уж коль Юля – наша Жанна д'Арк, то ей и карты в руки. Наша задача, господа, возвести Виктора Писоевича на престол, даже если он был бы не лидер нации, а простой счетовод, то бишь бухгалтер из Ивано-Франковска. Коль Америка сделала на него ставку, то нам никуда не деться. У любого из нас, господа, есть недостатки. К примеру, Курвамазин – надоевший оратор, Червона-Ненька все время снимает пробы, обжирается и портит воздух так, что невозможно с ним рядом находиться, наш Виктор Писоевич – тупой и косноязычный… все равно он наш лидер, он гений. А Юля… она Жанна д'Арк двадцать первого века. Это признают даже во Франции.
– Ура Юлии! – заревела толпа оранжевых депутатов.
Юля подняла правую руку вверх и держала до тех пор, пока все не утихли.
– Не ссорьтесь, господа! Я, как и вы все, признаю лидерство Вопиющенко, зятя Америки. И сделаю все, чтобы возвести его на престол, а также помогу ему привести Украину в Евросоюз и НАТО. В качестве награды, я это скрывать не буду, после пятого-шестого президентского срока, он мне уступит президентское кресло. Я надеюсь, все согласятся с этим.
– Я не согласен, – вскочил Виктор Писоевич и вытер скатившуюся слезу по левой щеке.
– Ладно, потом посмотрим. А пока, господа, всему депутатскому корпусу надо разъехаться по регионам. Каждый депутат должен привезти в Киев сто тысяч манифестантов и, если удастся, по одной воинской части. Здесь остаются пять человек – я, Виктор Писоевич, его личный телохранитель, снимающий пробу, Червона-Ненька, Турко-Чурко и Пердушенко. У нас в Киеве много работы. Мы должны вступить в контакт с МВД, вооруженными силами, судом и прокуратурой. Никто из силовых структур не должен выступить против воли народа. Мы должны заставить Кучуму и Яндиковича добровольно уступить власть, либо, в крайнем случае, дать согласие на третий тур выборов и будем избираться до тех пор, пока не победим.
Доводы Юлии были разумны, с ними нельзя было не согласиться, а после бурных аплодисментов Виктор Писоевич встал и произнес:
– Юля выразила нашу общую мысль, мы с ней этот вопрос обговаривали сегодня около полуночи у нее на даче. Я издаю устный указ: всем немедля отправиться в регионы, набрать там сто тысяч безработных, школьников и студентов и во главе колонны двинуться на столицу незалежной Украины Киев! Поняли задачу?
– Так точно, – взревели оранжевые шарфы.
– По коням! – приказал лидер нации.
Депутат Школь-Ноль, как и остальные сто восемьдесят депутатов, в расшитой гуцульской сорочке, к воротнику которой никогда не приложишь галстук, уселся в свой личный потрепанный «мерседес» рядом с водителем, студентом второго курса львовского техникума Коцких, и скомандовал:
– В Лемберг!
Водитель Коцких, отслуживший армию, проучился два года в техникуме по строительной специальности, пересел на грузовик, вывозивший отходы из мусорных бачков, попал в водители к Школь-Нолю по ходатайству тетки, находившейся в родственных отношениях с депутатом. Он хорошо знал свой родной город Лемберг, а вот к Киеву никак не мог привыкнуть. И теперь, сидя за рулем мерса, рад был до потери пульса, что едет к себе на родину. Стрелки на часах показывали первый час ночи. Так поздно они еще ни разу из города не выезжали.
– Пан Шкиль, а если на нас нападут по дороге? Хоть наша ненька Украина и свободная страна, но москали все еще шастают по просторам нашей независимой державы. Они вооружены ножами, кастетами и даже пиштолями, а у меня только баранка в руках. Шо будем делать, когда нас в темноте на безлюдном месте встретят вооруженные ножами москали?
– Гы, не боись, у мене два пиштоля в наличии. Затем у мене мобильник, звякну губернатору, и наряд вооруженных до зубов молодцев из дивизии «Галичина» немедленно окажет нам помощь: москали будут уничтожены и взяты в плен.
– Дзенкуе бардзо, пан Шкиль. Но у мене есть еще одна просьба. Шоб я не заснул за рулем до столкновения с москалями, вы произнесите свою знаменитую речь. Моя тетка говорила, что вы любите тренироваться, прежде чем выступить перед народом. Потренируйтесь и сейчас. Вам польза и мне польза. Вы выучите речь наизусть, а я не засну за рулем. Вам хорошо и мне хорошо.
Школь-Ноль знал своего водителя, тот не в первый раз обращался к нему с такой просьбой. И посему он не заставил себя долго ждать.
