Слушать Бернотаса было скучно до невероятности. Говорил глава Тайной полиции общими, ничего не значащими фразами, к тому же хоть и звучным, но таким монотонным голосом, что челюсти сводило от предвкушения широкого зевка. Диана только уловила, что распекать за самоуправство их не собираются, и тут же потеряла к речи столоначальника последний интерес. Сначала он вроде рассуждал о государственной безопасности и угрозе катаклизмов. Отметил, что теперь-то все под контролем, причем правильным, светским, а не церковным. Подчеркнул, что новые обстоятельства требуют новых методов и прочее бу-бу-бу. Она только раз встрепенулась, когда граф вскользь упомянул, что его род происходит из Далени, а потому ему особенно важно благополучие этого города.
«Ага, – подумала Диана, переглянувшись с братом. – Вот почему тот мужик, лекарь из прошлого игуменьи, был на него похож». – И тут же выкинула это из головы, как огрызок яблока.
Граф говорил еще долго, Калеб зачем-то приносил извинения, а она рассматривала потолок в кабинете, куда они пришли, как и в прошлый раз, по лабиринту тайных коридоров, спрятанных между стенами дворца. Потолок был приметный – ни тебе серафимов, ни гениев, ни праведников в экстазе, только чудной орнамент из волн цвета охры, старинных кораблей и неприятного вида водоворота в центре.
– А можно нам увольнительную? – спросила она, когда в их разговоре наметилась пауза.
– Разве сегодня какой-то праздник? – скосил на нее глаза Бернотас. Диана пожала плечами. Она толком не помнила, какой сегодня день. Хорошо бы суббота, но кто ж знает. – Насколько мне известно, нет. А отдохнули вы сполна во время морского путешествия.
Диана поджала губы. Вообще-то они с Илаем планировали навестить сыскное. Угостить Леса с Нормой, а заодно Петра Архипыча томатами, которых осталось еще довольно. Да и просто поговорить. Илай по прибытии в Вотру пытался с ними связаться, но либо они были где-то далеко, либо не желали отвечать. И тут на тебе – шиш с маслом, а не увольнительная. И это после катаклизма! Свинство, да и только.
– За сегодня приведете себя в порядок, а завтра приступаете к новому расследованию, – продолжил как ни в чем не бывало Бернотас. – У меня скопились подозрительно схожие между собой жалобы от лучших людей столицы. Игнорировать такие тревожные сигналы преступно, доверять подробности Инквизиции – попросту недальновидно.
– Ладно, – предприняла она еще одну попытку. – А жалованье когда будет?
«Диана, ну ты чего?» – тут же зашуршал в ее голове Илай, а Калеб свирепо зыркнул с высоты своего роста.
– Вы еще не прослужили месяц, – напомнил обер-офицер.
– Мне новая смена белья нужна, – не уступала она.
– Попросите у кастеляна.
– Так у него только мужское!
Как же, будет она носить нательные порты. А все ее вещички по мелочи остались в сыскном управлении. Куда ее не пускают.
Калеб побагровел в тон своим глазам.
«Остановись!» – взвыл Илай.
Диана тихо вздохнула. Какие все чувствительные!
Даже Бернотас кашлянул:
– Попрошу не досаждать мне столь интимными подробностями, сударыня. Если у вас все, идите. Калеб, завтра зайдешь за распоряжением.
Стоило им вынырнуть из коридоров и разделиться с Калебом, который сухо отдал приказ возвращаться в казарму, как из соседнего зала прогулочным шагом вышел Михаэль. Вид у него был самый благодушный, впрочем, так он выглядел почти всегда.
– Илай, как удачно! – разулыбался Топаз. – Диана, приветствую.
Она кивнула в ответ. Раньше при встрече с Михаэлем у нее стучало в висках и пропадал дар речи, но после их откровенного разговора в охотничьем домике Клюковых она вдруг осознала, что настоящий он не такой, как она придумала. И волнуют его не всякие увлекательные вещи, на которые способны рыцари Ордена Сияющих, а только копошение в интригах да собственное имя. Словом, мучительное волнение сделало шаг назад и пропало с концами.
Янтарь с Топазом тем временем завели светскую беседу о сходстве и различиях между двумя крупнейшими городами Паустаклавы. Илай считал, что жизнь в Далени насыщеннее, а Михаэль возражал, что в Вотре перспектив больше. Диана знала одно: работа им везде найдется, все остальное – пустая болтовня. К тому же по этим двоим было видно, что они хотят как следует пошушукаться, а потому предупредила брата, что идет к кастеляну, и развернулась на устойчивых каблуках привычных ботфорт.
Михаэль и Клюковы… в это хитросплетение она угодила даже не по глупости, а по случайности и из-за силы своего сингона. Диана не горела желанием поступать в гвардию, служить при дворе и выполнять приказы графа Бернотаса. Но если что и оставалось в ее воле – это не углубляться в совсем уж мутные делишки. Так она и поступит.
