– Это другое. Ты знал, что я не намерен причинять тебе реальный вред. А представь, что противник куда сильнее и яростнее тебя. И он точно намерен тебя прикончить.
Илай скривился.
– Как та громадная псина? – вспомнил он даленьский катаклизм. – Там только молиться.
– Ну, – Михаэль приподнял уголок рта, – положим, не как псина, которую клинок не берет. Просто воин, но опытный, и ты случайно крепко ему насолил.
Перед глазами Илая возник образ Бастиана, швыряющего перчатку ему в лицо. Он невольно поежился.
– В таком случае я бы предпочел, чтобы бой не состоялся. Я бы все же попробовал договориться.
– А что, если противник не захочет тебя слушать? Если его шпага уже целит тебе в горло? – Михаэль вновь поднял оружие. – Представь, что на кону твоя жизнь.
И быстрым движением атаковал, метя в голову. Илай, охнув, присел, тут же выбросив руку со шпагой и едва не задел ее концом живот куратора, но тот успел покачнуться на носках, как бы оттянув туловище назад.
– Уже лучше! – Михаэль как ни в чем не бывало повесил шпагу на пояс и прикрепил плащ. Затем хлопнул поугасшего Илая по плечу. – Ты точно не безнадежен. Пожалуй, мне стоит время от времени неожиданно нападать на тебя, чтобы выработалась привычка!
Илай представил себе эту картину – Михаэля, с воплем и шпагой наперевес выскакивающего из-за угла, и облегченно рассмеялся.
– Ты этого не сделаешь!
– Еще как сделаю. – Михаэль погрозил пальцем. – Вот увидишь, вылепим из тебя непобедимого фехтовальщика.
Так, незаметно, они снова перешли на «ты». Пусть их цели при дворе уже не были общими, но ведь никто не запрещал общаться как прежде?
Топаз вызвался пройтись с ним до оружейной, чтобы сдать вторую шпагу – им было по пути до казарм. Дорога вела через похорошевший, основательно обросший первой листвой парк. Михаэль был говорлив и весел, с охотой рассказывал байки о своей службе на пограничье с Алласом. Он тогда был адъютантом при генерал-полковнике Нагарове и многое успел пережить, прежде чем доказал свою исключительность и был посвящен в рыцари Ордена.
– Моя первая дуэль как раз там и состоялась, – сообщил куратор с озорной улыбкой. – Мне было столько же лет, сколько и тебе. Много воды утекло с тех пор…
«Значит, семь лет назад», – подсчитал Илай и спросил:
– А чем она закончилась?
Ему хотелось послушать, как именно Михаэль поразил противника. Если вообще поразил.
– Закончилась… банальным мордобоем.
Илай даже замедлил шаг.
– Как это?
– Вот так, – хмыкнул Сияющий Топаз. – Отбросили клинки и пошли друг на друга с кулаками. Потому что иначе кто-то бы точно умер. В действующей армии, а особенно в пограничных войсках, за такое грозит трибунал и казнь. Поэтому и обычные дуэли ведут только до первой крови.
«Но при этом необходимо желание убить или выжить», – помрачнев, вспомнил Илай его предыдущий наказ.
Он хотел было еще расспросить куратора об этой двойственности, как вдруг Михаэль замер на середине шага. Прислушался, закусив нижнюю губу. И через пару мгновений стремительно метнулся за ближайшие фигурные кусты. Илай, не задумываясь, сиганул следом. Его куратор сидел на корточках, повернувшись полубоком к прогулочной аллее и пристально всматриваясь между ветвей. Вся его поза говорила, что он готов вскочить на ноги и бежать дальше, как только выдастся подходящий момент. Рука в кожаной перчатке сжимала обе шпаги.
«Что такое?» – встревоженно спросил Илай, но Михаэль только отмахнулся.
Тогда Янтарь обратился в зрение и слух, притаившись рядом.
В сторону их укрытия, хрустя мелкими камешками под туфлями с бантами и пряжками, шагал взъерошенный Матиас. А следом за ним – высокий Турмалин с чистым, непроницаемым лицом. На плече у него сидела хищная ночная птица. Его сопровождали еще двое инквизиторов из мирян и очень полный мужчина в расшитом камзоле цвета свежей форели.
«Сам Главный нотариус Инквизиции, – пояснил Михаэль. Даже неслышный, его голос звучал крайне напряженно. – А с ним этот пузырь, Главный оператор. Янтарь».
Илай внимательнее присмотрелся к толстяку. Того, казалось, не радовало ни весеннее солнце, ни нежная зелень. Он заметно отставал, потому как то и дело останавливался, чтобы утереть лицо и лысеющую голову без парика платком. Глаза, впрочем, у него действительно были желтые. Илай ужаснулся:
«Что они там с ним сделали?!»
«Насколько я знаю, Каспер сутками не выходит из-за своего стола и питается тем, что приносят из харчевен. Но тс-с!» – Михаэль приложил палец к губам.
– Я решительно не понимаю, чего вы от меня хотите, господин Главный нотариус, – всплеснул руками Матиас, остановившись неподалеку. – Это не в моей власти!
– Вы, брат мой, рассуждаете как царедворец, – ровным тоном заговорил Турмалин. – Я же обращаюсь к вам как к рыцарю Ордена и требую указать мне местонахождение Михаэля Топаза.
Илай бросил быстрый взгляд на куратора. Тот сильно побледнел, но на щеках выступили желваки, свидетельствуя о гневе.
– Я не слежу за остальными Сияющими, – вскинул подбородок Сапфир. – А Михаэля не видел, пожалуй, пару дней.
