– Не оставайся с ним наедине! – причитает она. – Прекрати зависать у него дома, пока не нарвалась!
– Не нарвалась на что? – в ответ ухмыляюсь я, и Мари едва не свистит от гнева, как кипящий чайник.
Я прекрасно понимаю, к чему она клонит. Но точно так же знаю – Фил не притронется ко мне, пока не попрошу об этом сама. Я ведь столько раз бывала у него, и не было ничего серьезнее поцелуев! Мы играем с Пломбиром, который чувствует себя лучше день ото дня, слушаем музыку или просто валяемся на матрасе, что служит кроватью.
Мы часто обсуждаем мои книги. Филу нравится слушать о сюжетах, которые придумываю, а мне нравится говорить с ним о своих выдуманных мирах. К тому же, когда произношу вслух то, что пока живет только в фантазии или на электронных страницах ворда, план рукописи кажется четче, а идеи мотыльками носятся в голове.
Я обожаю это чувство: выдуманный мир становится чуточку реальнее. Кажется, словно он действительно существует, и я единственная, кто может стать проводником той вселенной в нашу. Я наслаждаюсь этими окрыляющими моментами, в которые сердце бьется чуточку чаще. Чужие приключения проживаю, как свои собственные, точно зная – ради этого и пишу.
Это ведь так просто, но искренне! Не понимаю, почему руководительница конкурса не хочет, чтобы я выступала именно с такими словами. Неужели напыщенная выдумка важнее честности?
Александра Владимировна попросила меня сделать презентацию, с которой хочу выступить на «Мисс». Мне все же пришлось приврать на слайдах, чтобы преподавательница наконец одобрила мой номер. Это высосало из меня не только силы, но и мотивацию стараться для конкурса дальше. На несколько дней я даже забросила писательство, потому что плевалась от самой себя. Зачем я вру?
Не знаю, сколько бы еще грузилась из-за этой презентации, если бы не Фил, который решил прочитать «Магический дебют».
Он помогает мне влюбляться в писательство, в свою историю еще больше. Он хвалит мои задумки и героев, восхищается сюжетом, который для продолжения иногда продумываем вместе. Так же, как когда-то мы делали это с бабушкой…
И пока мы болтаем, бок о бок лежа на матрасе, наши голоса эхом отражаются от голых стен. Трещины на потолке выглядывают из-под тонкого слоя известки, дощатый пол скрипит от каждого движения. Но именно здесь, рядом с Филом, я чувствую себя самой счастливой.
Здесь я ощущаю, что могу жить и наслаждаться этим не только меж страниц своих книг, но и в реальном мире.
В зале нет ни одного свободного места. Сидя на первом ряду на балконе, я наблюдаю, как нарядные зрители дожидаются представления. Кто-то фотографируется на фоне сцены, пока еще скрытой за красными кулисами, кто-то знакомится с брошюрой представления.
– Хочешь, тоже возьмем? – Фил кивком указывает на женщину с корзинкой, в которой лежат тонкие буклеты. Она ходит меж рядов и совсем скоро подойдет и к нам.
– Не нужно. Я знаю сюжет.
После третьего звонка свет гаснет, начинает играть музыка, а занавес ползет вверх. Мы видим первые декорации – большие детские кубики и другие игрушки, на фоне которых люди кажутся неестественно крошечными.
Первым на сцене появляется парень в военной форме века девятнадцатого. Его движения строгие и четкие, как и музыка, напоминающая марш, а ноги неизменно плотно сомкнуты, из-за чего кажется, что нога у солдатика только одна.
Когда музыка становится легкой, как весенний ветер, и звонкой, как первая капель, двери игрушечного замка на сцене открываются. Свет превращается в белый луч, устремленный на балерину, чей танец похож на полет снежинки. Легкая, тонкая и хрупкая, точно фигурка из хрустального льда.
Танцовщица одним своим появлением завоевывает сердце не только стойкого оловянного солдатика, но и каждого зрителя.
Зал следит за происходящим на сцене, затаив дыхание. Слышна только музыка. Свет и внимание отданы актерам без остатка. На время представления я будто выпадаю из реальности, в которой меня удерживает лишь рука Фила, мягко сжимающая мою.
Я знаю сюжет этой сказки с детства и с восхищением слежу, как знакомая история оживает на сцене. Актеры молоды, но я верю их игре. Сердце полнится нежностью, когда солдатик и балерина влюбляются друг в друга, и рвется от обиды, когда черт из табакерки пытается разлучить героев. Его ухаживания за девушкой вызывают приступы тошноты. Хочется заступиться за бедняжку и отогнать мерзкого злодея.
После того как черт заманивает солдатика на окно и сбрасывает его на улицу, декорации меняются. Нам показывают, как отчаянно солдатик пытается выжить, противостоя водной стихии, которую изображают танцоры в объемных нарядах синего цвета. Первый акт кончается тем, что героя съедает щука, и занавес падает.
Короткий антракт, и зрители, гулявшие по театру, вновь возвращаются по местам. Представление продолжается. Перед нами возникают декорации кухни, на которой женщина потрошит рыбу, внутри которой находит игрушечного солдатика. Она приносит его в детскую, и мы понимаем, что чудо вернуло героя домой.
