– Значит, Марина с Богданом на бал идет? Неожиданно. Почему ты с ним сама не пошла?
Осеннее солнце заходит за тучу. Вот и все.
– Мам… Потому что Мари со своим парнем рассталась, а у меня есть Фил. Я иду с ним.
Имя моего парня срабатывает как сигнализация. В коридоре тут же появляется папа и строго осматривает тесное пространство. Неужели думал, что после всех наших ссор я приведу Фила к нам домой?
– На улице уже темно, – без церемоний сразу начинает отец, и мне хочется закатить глаза. Этого мне еще не хватало…
– Пап…
– Давай я тебя хотя бы до остановки провожу, Гель.
– Не надо, пап, спасибо.
– Восьмой час. Поздно уже.
– Нормально! – Торопливо застегиваю куртку, лишь бы поскорее сбежать. – К тому же… А, не важно.
Родители переглядываются, а затем как один выдают:
– Нет уж, договаривай.
Обреченно смотрю на отца, потом на мать. Оба строго следят за каждым моим движением. Нет, ретироваться не получится.
– Меня есть кому проводить, – выдыхаю обреченно, готовясь, что сейчас все снова скатится в разборки и выговоры.
– Этот твой, что ли? – начинает папа, но вдруг я замечаю, как мама легонько пихает его под ребра. Он вскидывает на нее изумленный взгляд, а мама красноречиво выпучивает глаза.
Неужели хотя бы сегодня судьба на моей стороне?
– Ладно, – неохотно кивает папа. – Иди… те. Только долго чтобы не задерживалась, ясно?
– Ждем свою мисс Белый халат до полуночи! Можем встретить тебя на такси, если хочешь.
– Мам, пап… Не надо!
Я не упоминаю Фила вновь. Если пронесло с первого раза, не значит, что повезет во второй. Обещаю, что не буду задерживаться, но честно признаюсь – понятия не имею, во сколько мероприятие закончится.
– Буду звонить тебе каждый час, ясно? – Папа по-отечески обнимает меня и целует в макушку.
Я тоже обхватываю его руками и жалостливо протягиваю:
– Пап, пожалуйста, не надо! Я же выступать буду! А потом вдруг не услышу? Там музыка громкая… Вечеринка ведь!
Мама тоже коротко обнимает меня, но спешит вытолкнуть за дверь, пока папа не придумал очередное условие. Она встает на мою сторону и убеждает папу, что «молодежь должна отдыхать», желает мне удачи, но напоследок все-таки добавляет ложку горчицы в ванильное мороженое моего спокойствия:
– Ангелина, только пообещай, что не будешь делать глупостей? – шепчет она так, чтобы папа не услышал.
– Ты о чем? – уже перешагнув порог, спрашиваю я.
Мама коротко улыбается, чтобы спрятать неловкость. Мнется, но так и не решается сказать то, что на самом деле хотела.
– Просто держись рядом с Мари, хорошо?
Я даже кивнуть не могу, настолько огорошивают ее слова. Пячусь к лестнице и просто сбегаю. От этого разговора, от вдруг нахлынувшего стыда. Боюсь, будто мама каким-то образом угадает мои мысли и поймет, о чем я иногда думаю, когда целую Фила. Узнает, что было в примерочной магазина…
Я убегаю вниз по лестнице и сквозь собственный торопливый топот слышу:
– Береги себя, ладно?
Ответить я почему-то не решаюсь. Бешеный стук сердца успокаивается только на улице, когда вылетаю во двор и оказываюсь в теплых объятиях.
– Волнуешься? – спрашивает Фил, согревая дыханием мой висок.
Выглядываю над его плечом и смотрю наверх, где среди десятков горящих окон нахожу одно-единственное, возле которого стоят две фигуры. Крепче вжимаюсь в Фила и шепчу:
– Уже нет.
Смех заставляет воздух в его легких вибрировать. Этот звук обволакивает, точно шерстяное одеяло. Я укутываюсь в него с головой и окончательно успокаиваюсь.
Когда мы уходим от дома в сторону остановки, я больше не оглядываюсь.
Актовый зал не узнать. Почти все кресла вынесли в другие аудитории, а те сиденья, что остались, теперь отодвинуты к стенам. Тяжелые шторы задернуты, вместо обычных ламп включена цветомузыка, в лучах которой в танце подпрыгивают гости праздника.
Под высоким потолком подвешены бумажные объемные снежинки и искристые ленты дождика. В центре зала красуется пышная елка. А над сценой, где обычно стоит трибуна с микрофоном, развернулся плакат – «Мисс Белый халат».
Найти в этой толпе Мари кажется нереальным. От мысли, что перед всей этой кучей людей мне совсем скоро придется рассказывать о «Магическом дебюте», к горлу подкатывает тошнота. Я сильнее стискиваю сумочку, которая на тонкой цепочке болтается под левым плечом, и в душе надеюсь, что все-таки забыла флешку дома. Тогда от презентации придется отказаться, и на один повод для волнений станет меньше.
– Нам нужно в комнату участников, – напоминает Фил, дыханием задевая мочку уха и шею.
Я киваю и, отвернувшись от веселой толпы, веду Фила в нужный кабинет. Там мы в последний раз повторим программу и вместе с другими участниками будем ждать выхода на сцену. Номера претенденток будут разбавляться общими номерами и конкурсами, так что моя презентация еще не скоро.
Мне не нравится, что с Мари мы так и не пересеклись. Я думала, мы встретимся в гардеробной, но от Мари к моему приходу там осталась только ее куртка. Не дождалась меня, значит, и поднялась в зал.
Ладно. Встретимся после первой части конкурса.
