На Сен-Бартельми многие постройки шведских времен обратились в развалины. От больницы остался только фундамент, но даже его растаскивают по камням для новостроек. Из старых фортов можно еще узнать только форт «Густав III», несмотря на то что французы устроили там сейчас метеорологическую станцию. Красивая старинная улица, ступенями идущая вверх к бывшей тюрьме (теперь школа!), бетонирована. А сейчас угроза уничтожения нависла над последним шведским домом.
Дело в том, что этот остров облюбовали американские туристы. На одном из его живописнейших мысов Дэвид Рокфеллер построил себе зимнюю резиденцию в ультрасовременном стиле. В другом месте острова купил себе участок один из Ротшильдов. Все больше и больше американцев приезжают в туристский отель, расположенный на скале между двух прекрасных пляжей, в нескольких километрах от Густавии.
В довершение ко всему, как я слышал, когда был второй раз на острове в 1962 году, одно из американских промышленных объединений намеревается превратить роскошный дом семьи Динсей в яхтклуб… Тогда еще интерьер этого дома с его старинной мебелью и атмосферой шведского поместья оскаровских времен оставался нетронутым. На стенах, оклеенных обоями XIX века, висели старинные шведские гравюры и портреты королей, а также не менее ценная от руки вычерченная «Карта острова Ст. Бартельми, королю Швеции Густаву IV Адольфу смиренно преподнесенная в дар писателем Самуэлем Фальбергом. 1801 г.».
Короче говоря, трудно найти лучшее место для музея, посвященного той эпохе, когда Швеция разыгрывала в Вест-Индии колониальную державу.
Вмешаться в это дело было еще не поздно, причем действовать следовало как можно скорее. Владелица этого дома некая мисс Барнс, унаследовавшая его от мисс Динсей, еще тянула с ответом на американское предложение. Ей очень хотелось, чтобы дом попал в шведские руки. Да и местное население ничего не имело против этого, ведь на острове стало бы одним туристским аттракционом больше; к тому же поместье напоминало им о «добрых старых временах».
Поэтому прямо из Густавии я написал королю в Стокгольм, изложив все как мог. Я надеялся, что это будет для него поводом выделить из своего «юбилейного фонда развития шведской культуры» или из любого другого фонда средства для спасения этого кусочка шведской старины от американизации. Но надежды эти оказались напрасными. Судя по ответу личного секретаря его Королевского величества, Его Величество поводом не воспользовался, ибо так толком и не понял, для чего все это, собственно говоря, нужно.
Само собой разумеется, что на бывших датских островах Сент-Томасе и Санта-Крусе помимо тщательно охраняемых памятников старины существует и музей. Рассчитывать же на какие-нибудь дотации на поддержание шведских памятников от французских властей вряд ли приходится. Правда, шведский король в 1963 году ассигновал средства на то, чтобы снять на пленку забытые в Гваделупе старинные архивные материалы острова Сен-Бартельми. Конечно, это важно. Но разве не менее важно для любого из шведских культурных фондов сохранить для потомства последние шведские памятники на
Весной 1962 года на британских островах
Велика была здесь горечь от того, что Ямайка вышла из Вест-Индской федерации, которая после многих «за» и «против» образовалась наконец в 1958 году. В нее входили десять средних и мелких британских островов с числом жителей, превышающим 3 миллиона человек: Ямайка, Тринидад и Тобаго, Барбадос, Гренада, Сент-Винсент, Сент-Люсия, Доминика, Антигуа, Монтсеррат и Сент-Кристофер — Невис — Ангилья.
Но младенец
