– Написанное вами я принимаю к сведению. Но у вас – слишком горячая голова. Ваша оценка советской внешней политики – сиюминутно пылка. Да, мы много тратим на дружеские нам режимы на разных континентах и Компартии Запада. Является ли это безосновательным грабежом нашего народа? Где в Азии, Африке и Латинской Америке нет влияния СССР, там распространяется американо-натовский неоколониализм. А советскому народу материально крайне невыгодно превращение третьего мира в колонию США и НАТО. Наши расходы на Компартии Запада – расходы на ослабление изнутри противостоящих нам стран, и они – в пользу советскому народу.
Мы успешно утверждаем свои интересы на планете. Недавно нам удалось одержать победу над США в Юго-Восточной Азии. Исключительно благодаря нашему оружию, нашим военным специалистам и нашим ресурсам вьетнамцы заставили Америку в 1973-м вывести свои войска из Индокитая, а две недели назад, в конце апреля 1975-го, пал проамериканский режим в Южном Вьетнаме. Весь Вьетнам теперь просоветский. Конечно, в войну Северного Вьетнама и южновьетнамских партизан с США мы вложили колоссальные средства, но со временем все наши затраты окупятся.
Суслов убрал текст записки Щадова в ящик стола:
– Теперь – к вашим суждениям о внутренней политике СССР. Не всё благополучно в советской экономике. Её надо реформировать. Причем реформировать по предложенной вами схеме. Но ваша схема ведет к краху укорененной в обществе уравниловки. А это – рискованный шаг.
Стоит слегка нарушить спокойствие снежной горной вершины, столкнув вниз небольшой камень, – и вниз обрушится стихийная, сметающая всё на своем пути лавина. Вы предлагаете рыночные по сути стимулы к труду – несовместимые с нынешними представлениями о социальной справедливости. Введение рынка чревато пробуждением стихии в стране. Стихию же в пик противоборства СССР с США и НАТО мы допустить не можем.
Но Запад, как уверяют аналитики ЦК, в недалеком будущем потрясет кризис перепроизводства. Ведущие страны капитала погрязнут в разрешении своих внутренних раздирающих их проблем, а мы спокойно приступим к обновлению нашей экономической системы. К замене в ней некоторых административных рычагов управления рыночными. Поэтому, если вы представите ваш проект реформ, я его с интересом изучу.
Менее чем через пару лет, зимой 1977-го, Щадов передал Суслову объемную рукопись со своим вариантом комплексных перемен во всех отраслях народного хозяйства. Передал не с легким сердцем, ибо ему уже было известно: в высшем руководстве страны возобладало мнение – узаконить фактическое господство партии. Вписать в новую Конституцию СССР статью о руководящей и направляющей роли КПСС. Перспективы рыночных нововведений при консервации вредоносной для экономики двойной партийно-советской модели управления казались Щадову призрачными. Но он все-таки еще надеялся, что его востребуют для реформ. Надеялся год, второй, третий…
Накал противоборства двух великих держав на мировой арене не спадал. После победоносного завершения схватки с Америкой во Вьетнаме СССР схлестнулся с США в Анголе, потом – в Никарагуа и затем – в Афганистане. Ни в одной из драчек великий и могучий Советский Союз не проигрывал. Но при том изо всех сил напрягал свою затратную экономику – без всяких попыток ее реформировать.
Призрак предсказанного Суслову кризиса перепроизводства бродил по Западу. Но только бродил, а не лихорадил его. Сам же Суслов дряхлел, и когда в январе 1982-го он умер, Щадов заключил в дружеском кругу:
– Всё – стране капут. Сын крестьян-староверов Суслов, который в детстве так зачитывался книжками, что терял стадо коз на саратовской Долгой горе, был самым умным и самым честным на верхушке власти. Он не решился на реформы, ибо вся эта верхушка пронизана предателями. Они, сохраняя омерзительные порядки, тем самым подрывают СССР изнутри как главного экономического конкурента Запада.
Пятая колонна Запада абсурдом во внешней и внутренней политике вызовет возмущение народа. Сокрушит нынешний строй и навяжет нам капитализм африканского пошиба – для выкачки сырья по дешевке. Поэтому нормальным русским людям следует готовиться к явлению строя-уродца и, чтоб не оказаться без порток, уже теперь начинать делать большие деньги.
– Весной 1982-го, – далее повел речь Евгений Петрович, – Щадов меняет кабинет в Верховном Совете на кабинет в мозговом центре Советской империи. Первые лица в ЦК партии и Совете министров лишь заказывали музыку в экономике. А писали ее в сумрачном замке Госплана на проспекте Маркса (Охотном ряду) – там, где теперь находится Государственная Дума. Там же утвержденные высшими инстанциями ноты и корректировали.
Должность в Госплане Щадов занял скромную. Но не место его красило, а знакомства с чинами советско-партийной элиты.
