– Вы подружились, я смотрю. – Заметив, что хлебная корзинка стоит криво, он поправил ее, а затем еще раз, добиваясь строгой параллели.
Это были нелепые слова, но говорить расхотелось. Увидев кусочек жизни, которой он никогда не знал, Эйнар почувствовал себя лишним. А ведь не прими он то решение, все могло бы быть почти как сейчас, но по-настоящему: он бы пришел к другу Алето и его девушке Рони, к своей Алио, поприветствовал их шуткой, сел за стол, взялся за карты… Но не было ведь.
– Алио же не виновата, что связалась с таким подонком, как ты. – Положив карты рубашкой вверх, Алето поставил перед Эйнаром бокал и наполнил вином – еще одна нелепица. – Между прочим, твоя прелестница почти вылечила мне кашель.
– Еще раз назовешь так Эйнара, твой язык отсохнет, я позабочусь об этом, – холодно произнесла Алио.
– Будем лучше понимать друг друга. – Алето подмигнул Рони.
Из кустов выпрыгнул огромный рыжий кот – вывалился, скорее. Он поставил лапы на колени Эйнара, но это было не мягкое прикосновение, а сравнимое с падением булыжника – и потянулся мордой к бокалу.
– И он нашелся, – еще более растерянно проговорил Эйнар.
От спокойствия, охватившего его, когда он вошел в обитель, не осталось и следа. Все внутри будто потрясли и бросили, сказав самому расставлять по местам.
Здесь сидел Алето, который явно хотел отомстить за предательство, но который был нужен – и для задуманного, и как друг. Рони, оставшаяся без сестры, но владеющая магией крови. Готовая помочь в любом деле Алио. Восставший из мертвых Чезаре. Во имя Эйна, какими же силами они оказались здесь?
Было еще несколько фактов, на которые не стоило закрывать глаза. Алето не сможет простить – это первый. Он убил Алио и воскресил – это второй.
– Ага, – ответил некромант, кладя карту на стол. Чезаре бросил поверх еще две. – Нашел нас, а я думал, он прибился к какому-нибудь дому в ближайшей деревне.
– А что с Эрио?
Рони сразу помрачнела. Алето насупился:
– Это не твое дело.
Эйнару удалось узнать, в какой приют отправили Эрио, но раз девочки здесь не было, значит, забрать ее не получилось. То ли это коршун постарался, то ли виной была тяга горожан к сбору сотни бумаг – а может, у Рони вовсе не оказалось документов, подтверждающих родство. Надо разобраться самому, решил Эйнар.
– Я помогу, – пообещал он и, увидев, что Алето уже готов вспылить, быстро сказал: – Нам надо обсудить, что делать дальше.
Алио кинула карты на стол и подалась ближе к Эйнару. Алето и Чезаре переглянулись с одинаковыми ухмылками. Одна Рони не изменила ни выражения, ни позы, продолжая скромно сидеть на углу и почесывать кота за ухом.
– А что делать дальше? – Чезаре пренебрежительно улыбнулся. – До ужина часа два, потом можно еще раз сыграть и лечь спать. Хочешь остаться с нами?
Эйнар сделал глоток вина: ароматного, с кисловатыми и терпкими нотами. Такое производили в южных предместьях Алеонте, и используемый для него сорт винограда считался одним из самых дорогих – было странно обнаружить здесь, сейчас столь изысканное вино.
– Я хочу сказать, – начал Эйнар, заставляя себя говорить ровно, не вспылить, – что вы не можете остаться в обители навсегда. Нужно решить, что мы сделаем, чтобы обезопасить вас. Надо найти способ снять обвинения.
– Так и знал, что нас прогонят. – Алето вздохнул. – Недружелюбные вы, и дом у вас недружелюбный.
Чезаре приподнял одну бровь и спросил с долей пренебрежения в голосе:
– Кажется, чтобы снять обвинение с Алио, ты должен признаться в своих преступлениях? Алето с Рони тут причем?
Эйнар отпил еще вина – хотелось осушить бокал до дна, чтобы появились силы слушать все это.
– Разве на них нет обвинений? Что это за жизнь, когда приходится прятаться? И неужели совсем ничего не заставляет вас подумать и о городе? Тебя, Чезаре, которому верил весь Алеонте и за которым готов был идти? – Скривившись, Бона отвернулся. – Или тебя, Алето?
– Началось, – процедил некромант и так яростно начал крутить вино по стенкам бокала, что капли полетели во все стороны. – Ты свои словечки заранее придумываешь или это рождается в момент разговора?
– В момент, – Эйнар взял тот же пренебрежительный тон, что и Алето. – Как с вами придумать слова загодя? Вы отказываетесь видеть, что мы в одной ловушке. Хотите поговорить о том, кто виноват – хорошо, давайте, только лучше это не сделает. Каждого из нас…
Алето поднял руку. Эйнар посмотрел на него, и тот сказал:
– Чезаре считается мертвым, его не приплетайте.
– Каждого…
Алето снова поднял руку:
– И Рыжего не трогайте.
Слыша смех Алето, Эйнар прикрыл глаза и продержал их закрытым дольше, чем могло длиться моргание. Может быть, он зря решил, что не справится в одиночку?
– Каждого…
– Повторяешься? – ухмыльнулся Алето, сминая в руках карту.
– Четверо здесь обвиняются в…
– Напомни, в чем тебя обвиняют?
Чезаре, вздохнув, выхватил из-под плаща два револьвера и направил их на Эйнара и Алето. Оба одинаковыми движениями вскинули руки, но так и не коснулись нитей. Алио сжала столовый нож.