Сжав кулаки, я резко выдохнул.
Адресованное мне послание казалось игрой обычного слетевшего с катушек маньяка. Решил, что сможет меня напугать и я отступлюсь. Только нежить – это ведь не человек из крови и плоти. Он жаждет моих действий. Хочет, чтобы я продолжал преследование, которое даже нельзя сравнить с игрой в кошки-мышки. Впрочем, именно эта неопределенность и оставляла мне шансы на победу. Нежить была слишком уверена в своем превосходстве.
Я заметил у штор детскую игрушку. Поднял разорванного в клочья плюшевого домовенка Бубу. Внимательно оглядел. На спине и лице игрушки имелись следы крови. Рядом с диваном обнаружил детский браслет из дешевого бисера, нанизанного на резинку.
Нашел спортивную сумку, сунул туда находки, добавив к ним несколько обломков пластинок, которые были небрежно разбросаны по полу.
– Она мертва? – пересилив страх, спросил стажер.
– Да, – скупо ответил я. А потом добавил: – И заряжена.
– Что значит заряжена? Чем? – уточнил Илья.
– Ядом. Тронешь – считай, испил отравленное зелье. Вцепится в тебя мертвой хваткой, прорвет зубами плоть, вызвав скорую смерть.
– Суккуб.
– Что-то вроде того.
– И что же, она так и будет здесь висеть? – поразился Илья.
Я покачал головой:
– Конечно, нет. Утром дадим анонимное сообщение. Приедут из отдела – оцепят территорию, квартиру опечатают, а на девятый день, когда заклятие ослабнет, снимут тело с Кривой петли, запакуют в пакет с наружными ремнями во избежание всякого рода эксцессов и, минуя морг, отвезут сразу в крематорий.
Илья задумчиво покосился на разбитую радиолу и лежавший на боку платяной шкаф.
– А это зачем он сделал?
Застегнув сумку, я закинул ее на плечо и объяснил:
– Даже нечисть способна проявлять эмоции.
– Получается, он не нашел того, что искал, – догадался стажер.
– Именно.
– И что нам теперь делать?
– Взять след и встретить его в следующей точке поисков.
– Так просто?
– Считаешь?
Не успел я договорить, как на поясе завибрировал пейджер, и на экране появилось короткое, но емкое сообщение:
Мы сидели на детской площадке в абсолютной темноте. Стажер устроился на круглых качелях, а я на скамейке – путеводитель забралась на старую ржавую горку и интенсивно задрыгала ногами, пытаясь подцепить кусок каната. Если бы у меня в руках оказался Граничный бестиарий – настольная книга любого уважающего себя таможенного полицейского, – я на всякий случай сверился бы с классификатором и определил бы нечисть как мавку.
Впрочем, девушка и без этого подтвердила мою догадку.
– Полицейские? – поинтересовалась она.
– Не при исполнении, – сказал я.
– Какая разница.
– Никакой.
Она достала пачку сигарет, жадно затянулась и, чертыхнувшись, бросила ее на землю. Нечисть не могла ощущать запаха и вкуса. Тяжело, когда знаешь, как оно было. Вроде ампутации конечности, пальцев нет, а все кажется, что они чешутся или болят.
– А что, таможенники теперь на стороне нечисти?
– Можно сказать и так.
– Вы серьезно?
– Ночью шутить бессмысленно.
Лицо мавки было скрыто в темноте, но я почувствовал, что мой ответ вызвал у нее улыбку.
Мы помолчали. Девушка при этом продолжала болтать ногами, увлеченная своей странной игрой. У меня сложилось впечатление, что наша беседа перестала ее интересовать. Но в какой-то момент мавка внезапно начала рассказывать:
– Определимся сразу, я утопленница. Прошлым летом пошла с компанией на шашлыки и, как говорится, перекупалась. Умереть не умерла, а переродилась. Старый водяной меня из омута вытащил. И типа откачал… – Возникла пауза, потом девушка сплюнула, как это любят делать подростки, подражая взрослым. – Вот такая вот печалька приключилась. Родители обратно меня, естественно, не приняли. Они у меня иноверы, нечисть домой на пушечный выстрел не пустят. Так что, если у вас с этим проблемы, лучше сразу скажите, и разойдемся как в море корабли…
– Проблем нет, – честно ответил я. – Позволь только поинтересоваться: как ты собираешься нам помочь?
Девушка ловко спрыгнула с горки – лунный свет вырвал из тьмы по-мальчишечьи тощую фигуру, облаченную в свободные джинсы, темную футболку с символикой какой-то рок-группы, и миловидное лицо, часть которого была скрыта длинной челкой.
– Я три года ходила в секцию спортивного ориентирования, уж как-нибудь отыщу вашего злодея.
– Она это серьезно? – откликнулся стажер.
Пожав плечами, я лишь отметил:
– По всей видимости, да.
– Ждем здесь и никуда не расходимся, – деловито произнесла девушка, быстро добавив: – Скоро вернусь, – и направилась в сторону дома, где недавно побывала нежить.
– Все у них никак у людей. – Проводив девушку взглядом, заметил Илья.
– А по-моему, даже слишком похоже на нас, – не согласился я. – И в этом, собственного говоря, и заключается проблема.
***
