Остановившись, я настороженно уставился на вытянутую тень в самом конце коридора. По роду своей деятельности мне в Погребе бывать не приходилось, поэтому я был сильно удивлен внешним видом хранителя. Был он высок и худощав, словно вешалка, на которую накинули старый сюртук. Ко всему прочему, у него была лысая черепушка, из-за чего лично у меня создалось впечатление, что хранитель давно почил с миром и сейчас стоял здесь, как пугало, в назидание живым.
Но буквально через секунду я убедился, что в нем еще теплилась жизнь.
Выставив вперед фонарь, хранитель приподнял цилиндр и представился:
– Свят Хмуров собственной персоной.
В голосе угадывался легкий европейский акцент.
– Артур Олегович, – откликнулся я и, не став вдаваться в подробности, продемонстрировал ключ с пластмассовой биркой.
Хранитель улыбнулся:
– Я так полагаю, по служебной необходимости?
– По ней самой.
– Хорошо, следуйте за мной.
Он развернулся на месте и в буквальном смысле заскользил по каменному полу. Коридор оказался бесконечным – ровные плакаты в этой части Погреба были рваными и пожелтевшими от времени. Медленно шагая за хранителем, я то и дело бросал взгляд на огромные красные буквы агитационных лозунгов и надменные лица вечных врагов старой эпохи. Заметив мой взгляд, нечисть кивнула и тихо поинтересовалась:
– Нравятся?
– Необычно и интересно.
– Сам рисовал, – с гордостью отметил хранитель.
– Вы художник?
– Скорее наоборот.
Я призадумался:
– Художник наоборот?
– Сказитель, – ответил человек в сюртуке.
– Погодите, – я остановился и еще раз внимательно посмотрел на хранителя. – Кто вы такой?
Он обернулся – фонарь скользнул от него ко мне, заставив сощуриться. Внимательно изучив мое лицо, Хмуров тихо поинтересовался:
– Прошу прощение, а кто вы такой?
– Я человек, – растерянно произнес я.
– И я, представьте себе, тоже.
Фонарь осветил глубокие багровые капилляры, которые, будто нити, опутывали все лицо лысого обитателя этого странного места. Но не это удивило меня. Кожа хранителя напоминала грубую ткань или что-то похуже. И я мог поклясться, что если хранитель когда-то и был человеком, то человеческого от него сейчас осталось не так уж и много.
– Спешу вас огорчить, но вы навь, – поправил я внештатного служителя Погреба.
Тот лишь осклабился, неприятно застучав зубами, и вкрадчиво поинтересовался:
– Молодой человек, вы когда-нибудь слышали про Асуров?
О пращурах, предках современного человека, я практически ничего не знал – кто-то считал их жителями затонувшей Атлантиды, кто-то пришельцами с далеких звезд… Так что я просто пожал плечами и стал слушать.
– Таких, как я, осталось не так много, – пояснил Свят. – И, наверное, нас стоило бы занести в Красную книгу. Впрочем, в нас легче не верить. Это сильно облегчает историкам жизнь.
– И давно вы здесь работаете?
– Я здесь живу.
Мы прошли в крохотную каморку, где уместился лишь длинный, во всю стену, топчан и старый, запачканный краской стол. Огромная амбарная книга на столешнице выглядела еще непригляднее: картонная обложка с обгрызенными краями, из-под которых выглядывали распухшие и изогнутые от влаги пожелтевшие листы.
– Присаживаетесь, Артур Олегович, – предложил мне хранитель.
Табурет оказался крохотным и неудобным. Но стоять здесь было просто негде.
– Позвольте полюбопытствовать. – Тонкий, словно игла, палец указал на мой кулак. Я разжал руку и положил на стол ключ со странным номерком.
– Хм, – театрально обхватив подбородок пальцами, хранитель изобразил задумчивость. – Вы не похожи на женщину… – после небольшой паузы произнес он.
Я удивленно выпучил глаза и решил подыграть:
– Вы в этом уверены?
– Абсолютно, – кивнул хранитель. – Тем более, что Даю Надировну я знаю лично.
– Она умерла.
Как мне показалось, хранитель даже не удивился. Но буквально через минуту на его лице возникла печаль, на этот раз никакой наигранности я не заметил.
– Вы ее распорядитель? – через секунду уточнил асур.
– Распорядитель?
– Душеприказчик, – пояснил хранитель.
– Не совсем так, – растерялся я, не зная, как лучше обозначить свою роль.
Допытываться хранитель не стал: просто кивнул и, взяв ключ, повесил его на торчавший в стене гвоздь. Потом вернулся за стол и открыл широкий ящик. Передо мной возник клочок обычной бумаги, на которой знакомым женским почерком виднелся некий набор цифр: N 61,29750 E 29,83859.
– Что это?
Мне казалось, что хранитель должен отдать мне как минимум толстенную папку с бумагами, фотографиями и прочими носителями информации. А здесь непонятно что. Очередное направление из точки А в точку Б. И никакой конкретики.
– Вы дали ключ и получили содержимое, – словно прочитав мои мысли, произнес Свят.
– Может быть, Дая Надировна попросила передать для меня что-то еще?
Хранитель покачал головой.
– Она верила, что головоломка с ключом не понадобится. Но мы лишь искры в горниле судьбы.
– Но что это за координаты? И что это за место?
– Я задал бы вопрос иначе: когда это место?
И, заметив на моем лице недоумение, разочарованно вздохнул.
