— Чего не опознать, всю жизнь вместе, — Устинову явно не было жаль соседей, если он и рвался от этого страшного места, то лишь для того, чтобы рассказать односельчанам, что он повидал и узнал первым. — Я своих бы и впотьмах узнал.
— Когда, вы считаете, они тут оказались?
— Должно быть, в город ездили. На рынок. Повадились тут ездить. Они на утренний поезд с мешком шли, а сейчас они без мешка… и без валенок.
— А в мешке что? Чем торговали? Что покупали, как вы считаете?
— Разное, — уклончиво отвечал Устинов. — Я с ними на рынке не стоял. Колбасу, может, сало или одежду какую.
— Подозреваете кого-нибудь? — в лоб спросил Колодей.
— Никого, — затряс головой Устинов. — Лёшка с Алькой ровно жили. Без деток, без родителей, все померли. Жили для себя, всё в дом. Злобные были, жадные — от бедности. А так, чтобы разругаться с кем до смертоубийства — нет. Просто сволочи.
Участковый тоже ничем не порадовал.
— Знал обоих, Алексея Перова особенно. Колхозник, сирота из красной бедноты. При нэпе Перовы вышли из колхоза, пробовали вести единоличное хозяйство, но потом вернулись. Покаялись. Андрей Перов возчиком работал. Сейчас в лесничестве лес валят, он вывозил, часто его тут видел. В колхозе числится на хорошем счету. Беспартийный. Оба… были.
— Алевтину Перову как можете охарактеризовать?
— Вздорная была, но работящая. И в колхозе полно трудодней, и на огороде своём трудилась, а с него торговала на рынке. Она прижимистая была. Алексей тоже своего не упустит, но без злобности, всё молчком. Спросите о них в сельсовете, там подробно расскажут. С точки зрения закона оба чистые, не привлекались, не участвовали. Они и не уезжали из деревни никуда.
— Подозреваете кого из местных жителей?
— Нет, — твёрдо сказал участковый. — Я сам из местных. Перовы тихо себя вели, ни скандалов, ни разговоров о них. Оба целиком положительные. Никому они тут были не нужны.
— Кто же их поджидал в лесу, чтобы убить, если они такие положительные?
— Трудно сказать… Может быть, грабители ждали, кто едет с рынка. Здесь в такое время не ошибёшься, другие-то не ходят. С них даже обувь сняли. Тимка говорит, валенки, и мешок забрали. Денег при них тоже вряд ли обнаружить получится.
Участковый не ошибся — карманы Перовых были пусты.
«Грабители? — ломал голову Колодей. — Вот так запросто караулили зимой в лесу, кто мимо пройдёт? А ведь не один был, с подельником. Зачем? Зачем убийце соучастник? Взял за компанию, чтобы не скучать или вдвоём не страшно? Или сам не мог опознать Перовых, а соучастник был с ними знаком? И какие у стрелка, убившего троих инженеров с «Промета», могли быть общие связи с колхозниками? Или общее звено — это семейные пары? Тихомиров в женой, Костромской с женой, Перов с женой… Всё дело в женщинах? Что ещё может быть у них общего? Это не хулиганство школьников. Размер обуви указывает на двоих взрослых людей. Целью не было ограбление. Грабёж — имитация для запутывания следствия. С грибников нечего было взять, у красной бедноты едва ли можно поживиться чем-то крупным. Если бы стрелок был сумасшедшим, он бы совершал убийства в одиночку. Психи всего боятся, никому не доверяют и опасаются свидетелей. Зинаиду Поппель застрелили потому, что она случайно оказалась вместе с Тихомировым и Сельцер, а вот на них у убийцы был зуб. Надо проверить, не состояли ли убитые в родственных отношениях, пусть даже дальних. У нас не Кавказ, но… кровная месть! Всё возможно».
— Яков Александрович, — спросил подошедший Вася Панов. — Что, если с убийцей была женщина?
— Почему вы так предполагаете, Василий Васильевич? — поражаясь величине совпадения мыслей, спросил Колодей.
— На пятачке, где они ждали, след от стильной обуви, сорок первый размер. Может быть как мужской, так и дамской. Подельница могла заманивать жертв или обязательно должна была наблюдать за их смертью. Возможно, именно она заставляла своего сожителя или мужа, или брата, или отца совершать убийства?
— Версий у вас, как у Шерлока Холмса, — сказал Колодей, чтобы скрыть неловкость и при этом не обозвать Васю Пинкертоном. — Продолжайте поиски патронной мастерской. Только теперь официально — бандиты вас могут узнать.
— Если поиски патронной мастерской привели меня к поджогу малины, значит, я зашёл не туда, — с комсомольской самокритичностью заявил Вася.
— Продолжайте искать того, кто снаряжал патроны. Найдём его, найдём и стрелка. Вы сами видите, что он не остановится.
Колодей не поехал в сельсовет и не расспросил жителей Большого Калькино, с кем у Перовых в последнее время случались ссоры и не было ли у них незнакомых гостей. И подчинённых не отправил в деревню, до которой отсюда было минут сорок пешего хода.
Яков Александрович ориентировался на город, где у Первой бригады были другие дела.
Больше Первая бригада налётчиками с Вяземской лавры не занималась, только Панова иногда вызывали для дачи показаний, чтобы опровергнуть враньё Старолинского.
