Смерть – хороший повод для досужих размышлений, пока сам с ней не столкнёшься. Я имею в виду, когда умирает близкий тебе человек. Родственник или знакомый. Или когда кто-то умирает на твоих глазах – и тогда не важно, знал ты его или нет.
<p>Изоляция</p>Выйдя на дорогу, Кристина направилась в сторону второй продольной, шагая вдоль низкой ограды, выложенной белым кирпичом, который со временем со временем которого нет потому что эта ограда часть великой китайской стены чей возраст исчисляется безумными числами отделяющими меня от её фундамента а там лежит валяется побитое время так что со временем вещь отторгается от времени становится неуязвимой как божество бог просто очень долго живёт пускает корни оживает потому что стоит на месте лишился своего цвета и фактуры. По ту сторону ограды находилась котельная с высокой трубой, которая неизменно напоминала Кристине крепостную башню, здание же самой котельной было приземистым и крепеньким, с выщербленными углами и разбитыми окнами, в чьих недрах покоилась та же вязкая темень, что ошивалась близ подъездов; могло показаться, что котельная эта не котельная, а какая-нибудь каморка, в которой обитать может разве что затворённое от мира существо, пещерный житель, не выносящий солнца город прячется зарывается в землю потому что всегда проигрывает солнцу, и по цвету каморка почти не отличается от ограды, от жёлтой земли, словно именно из неё и была возведена котельная. Этим цветом отличались и стоящие рядом пятиэтажки-хрущёвки, истинные наследники мёртвой, нерождённой земли, носители безвестной старины – выступившие из небытия фигуры и продолжающие оставаться небытием, будто вездесущая материя запечатлела собственной образ в беспричинной и бесконечной пустоте. На ходу Кристина вытащила из кармана пачку LD, в этот момент, тарахтя, мимо проехала «копейка», в которой различие между ней и полной рухлядью заключалось в том, что что-то заставляло эту машину ехать; в воздухе повис острый запах бензина, дурманящий и отравляющий вперемежку с горячим воздухом и пылью это особенный наркотик присущий этому городу – Кристина отвернулась к ограде и попробовала несколько раз вдохнуть – во рту почувствовался вкус съеденного перед выходом яблока, как штрих к недавним мыслям об адской бездне – наверное, именно так пахнет адская бездна, где вещи настолько стары, что стоят выше времени. Бензин, дым, пыль, теплота. Наконец, приосанившись, Кристина вытащила из пачки сигарету и положила её в рот. Щёлкнула зажигалка – кончик сигареты затлел. По дороге стелился чёрный дым, медленно расходящийся на тонкие изящные лоскутья; в это время кисловатый вкус яблока сменился горьким вкусом дешёвого табака. Дорога, дома, ограда, небо, солнце, маячившая невдалеке вторая продольная сдвинулись вбок, как будто всемирная ось дала осечку и поплыла в сторону, и всё из-за дешёвых сигарет и дешёвого бензина. По коже пробежала дрожь. Кристина продолжила идти, но тело заупрямилось – его тянула из стороны в сторону невидимая и своенравная сила, очнувшаяся от долгой спячки где-то в районе сердца или живота.
«Копейка» завернула в близлежащий двор, и тишина, в которой далёкими гулами возвещали о своём существовании магистрали там есть время там всё движется там нет жизни потому что ничего не останавливается, проспекты и эстакады, воцарилась вновь, однако теперь безмолвие поселилось и в самой Кристине – каждый шаг отдавался глухим стуком и мелким содроганием, словно тело изнутри опустело и стало чем-то вроде звукоизоляционной коробки, где любое действие обязательно сопровождалось долгим и чутким эхом, волна которого прокатывалась по всему телу, растекаясь вплоть до кончиков пальцев.
<p>Астрологическая механика</p>Всё-таки встреча с Валей служила именно тем компонентом, что был необходим мне после нескольких лет упорной подготовки к экзаменам. Сейчас-то мне эти события кажутся незначительными, но мы с тобой знаем, что прошлое не терпит снисходительного к себе отношения. Отслаиваясь, человек, как ископаемое, застывает в тех гранях времени, что зовутся необратимыми; мы такие, какими сами себя сделали, и кто знает, вероятно, наш разговор случился потому, что Сатурн находился в фазе Козерога, пока я думал над законами классической механики…
<p>Сила противодействия</p>
