Я вскочила с кушетки после их ухода. Спешно натянула знакомый комбинезон, в котором обычно бегала по мегаполису, подошла к зеркалу. Ненормально бледная, но это легко объяснимо моим состоянием, волосы – я взяла прядь в руку и подняла, тщательно разглядывая – если не ошибаюсь, не отросли даже на сантиметр. Сотрудник ведь только что сказал, какое сегодня число, но я от волнения прослушала. Сердце билось часто и отдавалось звоном в ушах. Я отчетливо вспомнила, как подписывала бланк заявления о поступлении на третий уровень, вспомнила женщину-регистратора с морщинками вокруг рта, как я повернулась к стеклянной двери и… сразу после провала я очнулась уже здесь.
Я была в ЦНИ…
Нет, не так. Я была в ЦНИ! С ума сойти! Я уже была там и вышла, и вот она я – вышедшая из ЦНИ, самая настоящая, с двумя руками и ногами! Таких, как я, иногда показывают в телешоу, и каждый на них смотрит с завистью и страхом, потому что мало кто отваживается переступить через тот же порог, испытывая ужас на животном уровне. И вот она я, теперь одна из тех, кто был в ЦНИ! Немного бледная, но это как раз не странно. Во всем остальном я не чувствовала никаких изменений. И точно так же, как еще пять минут назад волновалась, сейчас впадала в бурную, неистовую радость. Схватила свои бумаги, дрожащим пальцем повела вниз, пока не наткнулась на цифры банковских переводов. Подскочила на месте, не в силах больше держать восторг – он горел изнутри, клокотал в горле и не давал ни единого шанса спокойно стоять или сидеть. Или я провела в ЦНИ сотню лет, или все-таки нашла способ перейти с третьего уровня выше. Отыскала и дату, после чего вообще заревела от счастья. Какая удача, что в медотсеке я была в одиночестве – удалось пережить все известные человечеству эмоции, ни в одной себе не отказывая! Я с лихвой заработала на лечение отца. И нет ровным счетом ни единого последствия!
В кармане у меня обнаружилась мелочь и проездной на метро. Но до дома добираться почти полтора часа, я не могла выдержать столько времени.
– Извините, – я вышла в коридор и обратилась к девушке в форме. – Отсюда можно позвонить?
Она молча и без тени улыбки указала на висящий на стене коммутатор и отошла в конец коридора. Я никак не могла обуздать эмоции, руки дрожали, и пальцы не сразу попадали в нужные клавиши. Переносного аудиослайдера у отца нет – вещь для нас дорогая, и необходимости такой не было: работа, дом и соседи – вот и весь его мир, умещающийся в рамках одного квартала. Потому я набрала номер домашнего коммутатора, подпрыгивая на каждом сигнале вызова. На третьем сигнале я подпрыгивать перестала, а на пятом сердце стало до боли сжиматься – он не принял вызов. Разумеется, отца просто нет дома, хотя… хотя мне отчего-то казалось, что он обязательно окажется дома в момент моего возвращения, а теперь в голову полезло, что за это время, да еще и с условно-излечимым заболеванием могло произойти что угодно. Чтобы на фоне эмоциональной взвинченности мне не перелететь из эйфории в панику, я отключила вызов и набрала номер соседки.
– Тётя Мэйси? Это Ината.
Пауза, а затем оглушающий визг:
– Да быть не могёт! Инатка? Ты ли?
– Я, – я уже начала улыбаться, снова взвинчивая уровень эмоций до абсолютного восторга.
– Хаиль! – она также громко голосила и мужу. – Ината звонит, представь себе! Откеда же я знаю, откеда! Инат, ты где?
Пришлось вкратце рассказать о своих прекрасных делах, чтобы добиться от нее адекватности и ответа на вопрос, почему отец не принимает вызов в нашей квартирке.
– Так в стационаре, наверное, – тетя Мэйси немного успокоилась. – Приезжает пару раз в неделю, да обратно то в больницу, то на работу.
– Приезжает? – я пыталась угомонить никак не успокаивающееся нутро, все еще бросающееся по порядку в разные эмоции. – Он уже вышел на работу?
– Машину же себе купил, чтобы по городу мотаться! Денег-то теперь у вас… Ох, еще и здороваться перестанете, так зазнаетесь! – она расхохоталась, подчеркивая шутку. – Да чего ты там ждешь, Ината? Езжай уже домой, к нам заскочишь – всё и расскажу, и тебя послушаю!
Больше старая и добродушная сплетница хотела, конечно, послушать, а рассказывать мне ровным счетом нечего. Я же сорвалась с места и буквально вылетела из небоскреба, но остановилась и вдохнула полной грудью, лишь когда оказалась за границами пропускной арки.
