– Вы нашли что-нибудь в комнате Дориана? – вопросительно глядя на нас, спрашивает адвокат.
Рори не отвечает. Нервно пригладив волосы, он спрашивает Геральда Шеделя:
– Вы… э-э-э… вы ведь были близким другом отца Шарлотты, не так ли?
– Лучшим другом, – кивнув, подтверждает адвокат. – Но какое отношение это имеет к жемчужине Шпруделей?
– Ну, я… я… э-э-э… я слышал, вы часто вели вдвоём долгие разговоры. В кабинете господина Шпруделя. А друзья… э-э-э… наверняка доверяют друг другу и что-то очень личное…
– Да, конечно, – говорит адвокат. – Но куда вы, чёрт побери, клоните? Переходите наконец к делу, мой мальчик!
Откашлявшись, Рори смущённо спрашивает:
– Звучали в каком-либо из ваших разговоров слова «Никто не должен об этом узнать»?
– «Никто не должен об этом узнать»? С чего вы вдруг об этом? – Геральд Шедель смотрит на сыщика так, словно у того не все дома.
Рори, мгновенно густо покраснев, мычит:
– Э-э-э… это… э-э-э…
– …профессиональная тайна, – вмешиваюсь я. – Так что? Вы помните, произносил ли отец Шарлотты такие слова?
Почесав голову, Геральд Шедель бормочет:
– Ну, честно говоря… понятия не имею. Мы много разговаривали и всегда при этом прилично накачивались виски. Бывали вечера, когда мы оба так наклюкивались… Я даже не могу вспомнить, о чём мы беседовали. А уж звучали в каком-нибудь из наших разговоров эти слова или нет… Мне очень жаль, мой мальчик. Но тут я вам ничем помочь не могу, – пожав плечами, адвокат говорит с упрёком: – Кроме того, отец Шарлотты уже давно умер. Я действительно не понимаю, зачем копаться в прошлом. Шарлотту это в любом случае никак не выручит. Я надеялся, что вы найдёте конкретные улики, которые обвинят Дориана Шпруделя. – Наливая себе чашку кофе, адвокат ворчит: – Должен сказать, будучи наслышан о ваших способностях, я ожидал от вас большего. Но теперь нам приходится принять тот факт, что этот хам комиссар отправит Шарлотту в камеру предварительного заключения. Мне остаётся только разработать правильную стратегию защиты на процессе, – отхлебнув кофе, он морщится с отвращением. – Нет, Шарлотта, такую бурду ни один человек пить не может! – В дурном настроении направляясь к двери, он заявляет: – Для начала мне сейчас нужен крепкий кофе. Скажу Торвальду, чтобы сделал. – И он, бурча что-то себе под нос, выходит в коридор.
– Не обижайся на него, – говорит Шарлотта Рори. – Я знаю, ты сделал всё возможное. Геральд такой грубый просто потому, что… что переживает за меня. Он знал меня ещё маленькой девочкой, и с тех пор, как умерли родители, чувствует за меня ответственность.
«Эта женщина и правда феномен», – думаю я. Её положение становится всё более безвыходным, а она извиняется за адвоката да ещё пытается утешать сыщика. Вот что плохо: Геральд Шедель не должен был наезжать на Рори, но в том, что он сказал, есть своя правда: слова отца Шарлотты, которым Рори придавал такое значение, на поверку оказались дорогой в никуда. И если сыщику в ближайшее время не придёт в голову какая-нибудь сногсшибательная идея, Шарлотта отправится в тюрьму.
Но взглянув на Рори, я, к своему удивлению, вижу, что сыщик ничуть не выглядит удручённым или смущённым – он молча улыбается каким-то своим мыслям. Затем он делает застенчивый шаг к Шарлотте и, смущённо глядя в пол, говорит:
– Я… э-э-э… я думаю, твой адвокат заблуждается. Копание в прошлом исключительно продвинуло наше расследование. Я… кхе-кхе… думаю, что знаю, кто это сделал. Кто украл жемчужину и позаботился о том, чтобы она нашлась. А ещё я… э-э-э… знаю и то… я знаю и то, как он это сделал. Мне требуется лишь последнее подтверждение. Шестизначный код, с помощью которого можно открыть сейф… Ты могла бы его… э-э-э… написать?
Вид у Шарлотты растерянный, но, сказав «Да, конечно», она берёт ручку и блокнот и записывает на листке комбинацию цифр.
Не глядя на цифры, Рори складывает листок – и передаёт его мне.
– Что мне с ним делать? – совершенно обалдев, спрашиваю я.
– Хранить, – говорит Рори. – Он нам скоро понадобится. Пойдём!
И совершенно не представляя, куда мы идём, я, разумеется, следую за сыщиком к двери. Прежде чем выйти из комнаты, он ещё раз оборачивается к Шарлотте и как бы между прочим спрашивает:
– Когда… э-э-э… с вашим прежним дворецким произошёл тот несчастный случай… Где это случилось?
– На широкой лестнице справа, которая ведёт в холл, – ошарашенно отвечает она. – Но почему…
– Не беспокойся… э-э-э… не беспокойся, Шарлотта, – краснея, говорит сыщик. – Через несколько минут твоя невиновность будет доказана.
– Скажите же мне наконец, что вы собираетесь предпринять, – умоляю я, когда мы оказываемся у лестницы, но Рори направляет всё своё внимание на деревянные перила. Сначала он проводит пальцами по балясинам, затем, действительно достав из кармана куртки лупу (что за детектив без лупы!), изучает их самым внимательным образом.
– Что вы ищете?
