Лорд Райар Кеттер граф Триронга так и не явился за своим ответом на следующее утро. Вместо того, чтобы приказать запрячь экипаж и отправиться из арендованного на улице Святого Израна особняка к дому лорда Вейра, его черная карета что есть мочи неслась по Западному Тракту.
Копыта лошадей отбивали сумасшедший ритм, и уже скоро крепостные стены и высоченные шпили храмов Изиля остались далеко позади.
Райар спешил в Хастор.
Верный человек из тайной канцелярии короля Ийседора успел сообщить, что Райара собираются арестовать по подозрению в причастности к бегству Имгора Гервальда. Но когда отряд королевских магов прибыл к арендованному особняку, то хозяина внутри уже не оказалось.
Райар сменил лошадей на переправе через ленивую реку Анырь, что в полусотне километров от столицы. Свежая четверка снова полетела на запад, а он уставился в светлеющее небо через окно кареты.
По дороге Райар размышлял о том, что подумает о нем Мири, когда он не явится за ответом, а потом и вовсе пропадет из ее жизни. Но он больше не мог оставаться в Изиле — ему пришлось немедленно бежать.
Ищейки короля Ийседора давно уже шли по его следу, но на этот раз они подобрались слишком близко. Также близко, как и на севере, когда Мири затянула его рану, после чего отвела глаза погоне.
На этот раз пришел черед Райара отвести подозрения от нее.
От этой мысли заныло где-то в районе груди, и он нашел в себе силы признать, что болит вовсе не бывшая рана от клинка, прошедшего всего в паре сантиметров от сердца.
Причина была в другом.
Он чувствовал себя так, словно с юной магичкой — нет же, магессой! — он оставлял в Центине часть себя.
Еще через час после переправы Райар приказал кучеру свернуть в лес. Карета долго тряслась по узкой и заросшей травой колее, пока Райар не подал знак остановиться. Распахнув дверь, он выпрыгнул на сухой мох лесной опушки.
— Дальше я сам, — он похлопал по плечу верного Имхала. — Возвращайся в город.
— Слушаюсь, милорд! — отозвался пожилой кучер.
— В ближайшее время мы с тобой не увидимся, но ты знаешь, с кем связаться, чтобы получить награду за верную службу.
Тот кивнул.
— И вот еще, Имхал, у меня будет к тебе просьба, — добавил Райар.
— Все что пожелаете, милорд!
Райар протянул ему запечатанный свиток.
— Из рук в руки, но так, чтобы без свидетелей.
— Обижаете, милорд!..
Райар кивнул — у него не было причины сомневаться в преданности Имхала.
— Отдашь это Миринде Орейге, племяннице лорда Вейра. Но уничтожь письмо, если что-то пойдет не так.
Вскоре карета укатила, подпрыгивая на ухабах и переваливаясь через коряги на лесной дороге, а Райар двинулся вглубь чащи. По охотничьей привычке он ступал осторожно, стараясь, чтобы сухие ветки не хрустели под сапогами.
Наконец вышел на залитую утренним солнцем поляну. Капли росы блестели словно перламутр, а под зелеными зонтиками листвы алела первая земляника.
Райар остановился, мысленно призывая Севурга, потому что он не был магом в привичном понимании этого слова. О нет, он был кем-то совершенно другим!
Еще в раннем детстве Райар узнал, что в нем течет кровь драконов, как и у всех в его роду. Достигнув совершеннолетия, он отыскал и призвал своего.
Это было непросто.
Страшное проклятие разорвало, разметало две ипостаси по обитаемому миру. С тех пор прошло уже несколько сотен лет, но лучшие маги Хастора так и не смогли объединить тех, кто когда-то был единим целым.
Драконы и люди разыскивали друг друга в тщетных попытках обрести утраченное, но как только находили… приходилось еще постараться, чтобы обрести связь со своей второй ипостасью.
Шорох огромных крыльев в ночи и вспугнутые птицы — Райар не только услышал, но и почувствовал приближение дракона.
В Центине крылатые ящеры были большой редкостью, поэтому, пока он выполнял задание своего короля, Севургу приходилось прятаться в лесу под Изилем, промышляя охотой.
Губы лорда Кеттера графа Триронга, Хранителя Ордена Черных Всадников, тронула улыбка, когда огромный черный ящер спустился на землю. Мощные крылья подняли ворох прошлогодней листвы, но дракон уже спешил ему навстречу.
Вот и Райар, не удержавшись, сделал несколько шагов в его сторону.
Встретились.
— Я скучал по тебе, мой друг! — положив руку на голову Севурга, произнес Райар на хасторском.
Дракон согласно рыкнул, затем уткнулся носом в ладонь человека. Ответил мысленно, что тоже он скучал, но при этом не забыл пожаловаться на худосочных лосей в лесах вокруг Изиля, что вовсе не чета откормленным коровам с лугов графства Триронга.
— Ты прав, нам пора домой, — согласился Райар. — Загостились мы с тобой в Центине! Хотя, видит Трехликий, я собирался улететь отсюда не один.
Но Миринду пришлось оставить в Центине. От этой мысли Райару стало больно, словно кинжал убийцы на этот раз угодил в самое сердце.
Так будет правильнее, сказал себе Райар. Он не мог ее забрать с собой, потому что так сложились обстоятельства.
К тому же, Мири его не любила, хотя, поцеловав ее и получив страстный ответ, Райан понял, что он ей небезразличен.
