Джошуа сделал последний глоток чая, надел широкополую, как в вестернах, шляпу и встал. В конце концов, это не его дело. Человек платит деньги и заказывает товар. Какие мысли в его голове — никого не интересует.
Сам Джошуа не любил совать нос в чужие дела. И не терпел находиться в центре внимания. Когда геолог, понимавший в чае, и его спутник-змееед погибли, в Нидлс понаехала целая куча людей — представители геологической компании, страхового общества, репортёры… Потом появились федеральные агенты, и шериф Эдлтон зашевелился. А старый Джошуа оказался в центре событий — ведь именно он провёл с покойными последние две недели.
И почему-то все считали, что он полностью в курсе их мыслей, дел и планов, как будто речь шла о ближайших родственниках! Он плюнул и уехал в пустыню, но толстый Эдлтон разыскал его и привёз обратно, федералы заставляли опознавать останки и выспрашивали, не заметил ли он чего-то необычного или странного в поведении погибших или в обстоятельствах их смерти.
Вытащив из багажника мешки, прут и рогатину, Джошуа направился к зарослям креозотового кустарника, где обитал подходящий экземпляр. Более двух часов, обливаясь пóтом под палящим солнцем, старик разгребал растительный опад под кустами и засовывал прут в прикорневые норки. Почти сразу ему удалось поймать зеброхвостую ящерицу, несколько раз попадались слепозмейки, не представляющие интереса для заказчика. Дал он уползти и желтобрюхому полозу, потому что незнакомец хотел получить яркого представителя пустыни Мохаве, не встречающегося в других районах мира.
Наконец из-под очередного куста метнулось чёрное, перехваченное красными кольцами тело королевской змеи. Джошуа бросился следом, нацеливая рогатину. Он ещё сохранил достаточно ловкости и силы, чтобы не упустить добычу.
Прижав голову пресмыкающегося рогатиной, он приготовил мешок и, ухватив крепкими пальцами змею за шею, поднял сильно бьющееся мускулистое тело в воздух. Потеряв опору, пленница на миг затихла и тут же оказалась в мешке. Быстро завязав горловину, Джошуа, довольный, вернулся к машине и тронулся в обратный путь.
Необычного и странного в смерти геологов было хоть отбавляй. Что могло взорваться с такой силой? Газ, вырвавшийся из скважины? Джошуа не высказывал своего мнения по поводу официальной версии, но за полвека блужданий по пустыне ему не приходилось слышать о подобных случаях. А куда делся третий? Незадолго до того, как Джошуа оставил лагерь геологов, к ним присоединился ещё один парень, как он сказал — из Лон-Пайна. Значит, трупов должно быть три! А если их всё же два — должен быть живой свидетель или хотя бы его следы! Кстати, в Лон-Пайне никто не пропадал, и вообще, человека, которого описывал Джошуа, там никогда не видели.
Зато в местной гостинице был убит заезжий коммерсант, чего здесь не случалось уже сорок лет, с тех пор как картёжник Джек застрелил в пьяной драке молодого Симса. Убийство произошло в день катастрофы у геологов.
Тёмная история. Недаром столько людей проявили к ней интерес. Но долгая жизнь в пустыне отучила Джошуа удовлетворять чьё-то любопытство. Лучше всего прикинуться старым, потерявшим память пнём. Потому что некоторые вопросы откровенно пахли смертью. Джошуа не смог бы объяснить, как он это определил. Но когда здоровенный угрюмый лоб, назвавшийся репортёром, а три месяца спустя ещё один хмырь с бегающими глазами выспрашивали разные мелочи и подробности, он уловил излучаемую волну угрозы и почувствовал себя единственным и чрезвычайно опасным свидетелем.
Пришлось завести собак и таскать всюду с собой заряженный дробовик. Может, это было излишним, но Джошуа руководствовался мудрым принципом, не раз спасавшим ему жизнь: если речь идёт о собственной безопасности, то лучше переоценить опасность и перестраховаться в мерах защиты.
Если бы старик знал, что здоровяк-репортёр на самом деле являлся сотрудником подотдела физических воздействий Главного разведуправления России по прозвищу Карл, он бы не посчитал, будто переоценил опасность.
Вечером к небольшому домишке Джошуа подкатил пыльный, явно взятый напрокат «Шевроле» заказчика. Джошуа передал мешок с королевской змеёй и другой, поменьше, — с двумя ящерицами семейства игуановых. Взамен он получил триста долларов. Обе стороны остались довольны сделкой, хотя коммерцией она была только для старика, а для давнего агента КГБ СССР по прозвищу Джо — эпизодом боевой операции.
Через час на развилке дорог Джо увидел условное помаргивание фар и ответил соответствующей серией вспышек. Потом выгрузил мешки у дорожного знака и уехал. По соображениям конспирации он не должен был знать, кто забрал груз.
В течение ночи мешки перегружались ещё несколько раз. После последнего участка пути опытные руки сделали ящерицам и змее усыпляющие инъекции, их упаковали в прочные ящики со льдом, которые, минуя таможенный, санитарный и пограничный контроль, были погружены в самолёт, вылетающий в Москву. Этим же рейсом официально следовало закупленное Министерством геологии буровое оборудование.
