– Вы тоже это слышите? – спросил Валерка, но никто не ответил. – Писк, будто… Не знаю… Радиошум что ли.
Его никто не слушал – все продолжали с задумчивыми посеревшими лицами ехать вперёд. А почему они двигались именно туда? Валерка катился в хвосте, не замечая отклонений от маршрута, и только этот необъяснимый гул помог ему понять, что происходило.
Раз шум оставался справа, то либо его источник шёл параллельно с ними, либо оставался на месте, а они…
Лагунов увидел, что идущие впереди ехали по небольшой дуге. Он остановился, рассудив, что всегда сможет отыскать их по лыжне или при помощи вампирского зрения.
Валерка стоял долго, прошло около получаса, как вдруг он увидел, что ведущая группу Рита показалась у него за спиной. Следом катились уже изнурённые Игорь и Корзухин.
– Мы ездим по кругу, – сказал Валерка, но его вновь никто не услышал.
С безумными лицами охотники на вампиров обогнули его и вернулась на прежний маршрут. Лагунов повернул к источнику звука, который располагался где-то в глубине кажущегося непреступным нагромождения скал, камней и снега. Преодолев несколько метров, он вдруг провалился сквозь преграду и увидел перед собой низину с множеством каменных фигур – многоугольников, квадратов, пирамид и бесформенных громад. А вокруг этого скрытого места на разном удалении друг от друга росли деревья, на коре которых пылали древние символы, похожие на те, что украшали его родовую вампирскую плиту. Писк испускали эти знаки. Стратилат отрастил когти на одной руке, поддел кору под древней руной на ближайшем дереве и сорвал её. В ту же секунду остальные символы погасли, а в сотне метров от него вскрикнули от неожиданного исчезновения скалы Корзухин с Носатовым.
– Сюда! – позвал их Валерка.
– Что это было? – спросила подъехавшая первой Рита. – Меня словно в бочке с тоской закрыли.
– Похоже, какой-то защитный барьер, – сказал Носатов. – Судя по следам, мы ездили кругом.
Они двинулись к пирамидам. Одна из них выглядела обвалившейся внутрь. Былая геометрическая форма угадывалась издалека, а вблизи это уже была скорее куча каменных глыб с ровной вершиной. Рядом с ней чувства стратилата молчали.
А вот вторая пирамида оказалась почти идеальной – с гранями приблизительно по десять метров в длину, покрытая теми же древними символами, она указывала вершиной в хмурое зимнее небо и выглядела чужеродной. Это был уменьшенный объект из Гизы или Теночтитлана, но никак не из Куйбышевской области. Со стороны было невозможно понять – рукотворен он или появился естественным путём и уже затем покрыт рунами человеческой рукой.
Строение излучало какое-то граничащее с эйфорией спокойствие. Чувство было таким незнакомым и противоречащим само себе, что Валерка даже растерялся. Это было приятно. Кроме него энергии места не ощутил никто – даже Рита. Обойдя пирамиду, Лагунов заметил аккуратный вход под основание.
Не задумываясь, он спустился по ступенькам внутрь вслед за эхом своих шагов. Оказавшись под пирамидой, стратилат вдруг ощутил нечто знакомое – единение со Вселенной, совсем как в том сне, который ему привиделся, когда он нырнул за Ритой в святую воду, а отец Павел отмаливал его. Пустота вокруг и внутри.
Посреди оказавшейся полой пирамиды располагалось испещрённое доисторическими знаками каменное ложе. Это не был камень силы, какой-то другой. Из гранита, спектролита и порфира сделаны были лишь внутренние стены строения.
Вокруг на полу валялось множество деревянных и каменных фигурок и украшений. Валерка поднял очень правдоподобно вырезанные из дерева бабочку и свернувшуюся в кольцо гусеницу. Ощупав одну фигурку, он ощутил подушечками пальцев мелкий узор на её тельце. Расправившая крылья бабочка и рождённая исчезнуть ради этого куколка. Лагунов увидел в предметах скрытый смысл. Он задумался, может действительно, чтобы получить свободу, нужно было отказаться от своей врождённой природы. Перестать быть человеком.
– Что это? – спросил Корзухин, оказавшийся рядом.
Валерка не заметил его присутствия и вдруг понял, что с фигуркой в руках перестал ощущать запах его крови. Это был оберег.
– Игорь! – обрадовался Валерка и бросился обнимать друга.
Светящий на них фонарём Носатов вскинул арбалет, но вовремя понял, что не происходит ничего страшного.
– Что это за место? – спросила Рита.
– Крипта, – ответил Носатов. – Чья-то усыпальница.
– Этнарха? – спросил Корухин.
– Нет, – сказал Валерка.
Он замолчал, уставившись на вход сквозь товарищей.
– Валера? – Позвал Носатов и направил луч фонаря ему в лицо.