Жилотсек мальчика с голубыми глазами и серебряными ресницами располагался в одном из глухих пространств-районов раннего индастриала. Контуры коридор-проходов и внешнее оформление жилотсеков здесь напоминали древне-суфийские поселения промышленных стоиков. По стенам прыгали какие-то ломкие знаки и абрисы, под ногами порой гремела огрызками самая настоящая арматура, и, вообще, впечатление складывалось такое, что в любой момент прямо в проходе из-за поворота может показаться допотопный позванивающий трамвай.
– Пришли! – Гелла ещё раз сверил полученные от электронного адресатора данные с вытравленными коррозией по нержавеющей стали опознавательными граффити. – Мечта всей твоей жизни и последних пятнадцати минут, Мальчиш, находится за этой дверью! Звони…
Мальчиш усердно затыкалась всеми пятью пальцами в плату оповещения. Но ожидаемый эффект достигнут не был: по-видимому, никого не было дома. На Мальчиша неожиданно жалко стало смотреть.
– Этого не может быть! Он просто, наверно, уснул! – выдвинуло растерянное до дрожи в коленках сокровище бредовую версию.
– Может, просто в гости к кому-нибудь пошёл? – попыталась утешить Мальчиша Ганни, касаясь ладонями её порозовевших щёчек. – Завтра придём, хорошая моя…
– Как же завтра, если я люблю его уже сегодня! – даже не поняла и обиделась Мальчиш. – Гелла, сделай дверь прозрачною!
– Ну, вообще-то, это не совсем правильно… – Гелла копался в таблицах эффективного хаккинга на вспыхнувшем перед ним экране голограмм-дисплея.
Через минуту дверь поплыла очертаниями, и сквозь рельефы её смутно проступило интерьер-убранство прихожей жилотсека.
– Ой, тапочки, тапочки!.. – Мальчиш чуть не захлопала в ладоши от радости.
– Мальчиш, давай завтра придём, в самом деле! – Гелла щёлкнул панелью на стене, и сверху поплыла полоса реструктуризации, возвращая дверь в обычное текстурированное состояние. – Ну зачем тебе тапочки? Мы ещё лучше тебе найдём!
– Балда глупый какой! Это же Его тапочки! Значит он дома! Просто крепко уснул! – блеснула Мальчиш скоропалительной логикой, подпрыгнув лапкой к панели и остановив реструктуризацию на середине. – Гелла, ты откроешь мне дверь?
– Нет! – спокойно и твёрдо сказал Гелла. – Во-первых, аварийный доступ-вход в жилотсек осуществляется только службами экстренной помощи…
– Ты что! – Мальчиш задрожала глазами. – Я же и есть его самая экс… экстренная помощь! Я же люблю его уже целый день! Гелла, Геллочка! Ну, пожалуйста-препожалуйста…
– Нет! – спокойно и твёрдо сказал Гелла, и полез в таблицы аварийного доступ-вхождения.
– Мальчиш, ну это, в самом деле, какой-то кошмар… – попробовала ещё приостановить и урезонить Мальчиша присевшая на полу коридора Ганни. – Ну, подумай. Вот ты бы спала, а к тебе кто-нибудь через аварийный доступ заходил! И, вообще, может твой мальчик там не один. Видишь, вон, сапожки стоят?
– А с кем? – при последних словах Мальчиш от удивления даже обернулась на не интересовавшую её до этого Ганни.
– Ну, с девочкой, например… не знаю… Может к нему уже пришёл кто-то…
– Ой, я хочу его сразу с девочкой!.. – Мальчиш радостно вздрогнула всей шкуркой.
– Не «хочу», а «люблю»… А то ты выглядишь, как какая-то жадная жадина… – внёс коррекцию Гелла, набирая на панели подобранный код силового доступа. – Чёрт, одно старьё в базах! Мальчиш эта фигня приоткроется всего на полторы секунды. Если успеешь нырнуть – твоё счастье. Если нет – я больше в ламер-гангстеров не играю, завтра придём! Давай, на четвереньки и на старт, как игрушечная лошадка – внизу самый большой люфт времени, проскочишь. Приготовилась?
– Ага… – Мальчиш стояла на лапках и даже попу приподняла от усердия.
– Три… два… один… Давай, наше солнышко!
Гелла клацнул «Enter»’ом на панели управления дверью, и дверь превратилась в исчезающую вверху голубую пелену энергии. Почти сразу же голубая волна ринулась вниз, и шмыгнувшая в проём коридора Мальчиш успела. Бы… Если бы не металлоидный её переливающийся пояс, сильно оттопырившийся над задницей на штанишках. Задранная полоска, сверкнув, ударилась о возникшую энергетическую преграду, волна энергии задрожала в режиме технической неопределённости, охватив Мальчиша за поясницу, а Мальчиш напрочь застряла в дверном проёме буквально на пороге своего счастья. Гелла уже было потянулся рукой к плате управления для активации ещё одного открытия, но рука его повисла в воздухе под остановившее её Геллыно же – «Стоп!».
– Прелесть какая, Ганни, смотри! – Гелла погладил Мальчиша по сжатой тканью штанишек попке, и Ганни заинтересованно пододвинулась ближе, касаясь дёргающейся в нетерпении босоножки.
– Ну, что вы там? Гелла, давай быстрей! – Мальчиш ещё ничего не поняла и по-прежнему стремилась исключительно вперёд.
– Не-а… – Гелла нашаривал под животиком Мальчиша полязгивающую застёжку засадившего её в энергетическую ловушку металлоидного пояса. – Во-первых… там, может быть, вообще никого нет… Во-вторых, может все спят… А, в-третьих… (Или даже всё-таки опять, во-первых!..) Мы тебя любим…
