Маршевые двигатели Кальмана — гениальное изобретение. Генератор Абишева-Джонси открыл нам дорогу к звёздам, а маршевые двигатели Кальмана позволили комфортно путешествовать внутри звёздных систем. Принцип работы одного и другого зиждился на одних и тех же физических законах. Только применялись они по-разному. Если первый отправлял звездолёт в Многомерность во время путешествия из точки А в точку Б. То второй «выворачивал» пространство позади себя, что позволяло добиваться неплохого ускорения. Правда был и побочный эффект — стойкий след остаточного излучения, что вызывало нехилый вой со стороны многих экологов. Поэтому ходить на маршевых в атмосферах большинства миров было запрещено. Но надеюсь здесь никто не узнает о нашей маленькой шалости.
Я медленно выводил корабль на орбиту, пытаясь не допустить высоких перегрузок. Рядом скучали Шнайдер и Анна, не задавая ненужных вопросов и стараясь не шуметь. На приборной доске притих Мыш.
— До выхода на низкую-опорную орбиту одна минута, — оповестила Брина.
Знаю. Ещё немного, и мы нырнём в слой, заполненный радиоактивными обломками. Нам бы его проскочить побыстрей и не возвращаться сюда. Особенно «Госпоже».
Яхта маячила где-то внизу, под нами. Она шла красиво. Из дюз ярким потоком вырывалась плазма. Острый нос беззастенчиво вспарывал атмосферу.
— Три объекта, — неожиданно сказала Брина. — Идут курсом на нас.
Твою же мать. Ну почему так? Почему в самый последний момент удача словно отворачивается от нас?
На нас шли, нет, мчались три корабля. Не просто переделанных гражданских космолёта, а настоящие истребители, тяжёлые «Скопы». Нас засекли и собирались уничтожить.
Не мешкая я вызвал Киру. Хранить радиомолчание больше не имело смысла. Враг рядом и собирается нас уничтожить. Три против одного. «Госпожа» не в счёт. У неё из оружия только система метеоритной защиты.
— Кира, ответь. Обнаружено три цели. Идут на нас.
— Вижу. Буду маневрировать.
— Не уходи далеко. Если они разделятся, я не смогу тебя прикрыть.
— Хорошо.
Космические бой то ещё занятие. Он требует полного слияния корабля и пилота. Цена ошибки в нём — смерть. Очень сложно его вести во время выхода на орбиту. И в двойне, если ты не можешь маневрировать в полную силу. Высокие перегрузки могут оказаться смертельными для детей, там никакие компенсаторы не помогут.
Увеличив скорость, я начал поднимать «Ноябрь» выше, стараясь оказаться над противником. «Скопы» разлетелись в стороны. Две рванули ко мне, одна своей жертвой выбрала яхту.
— Как тебе такое, — сказал я, отправив в сторону летящего к яхте истребителя «Москита».
«Скопа» попыталась уйти от сверхскоростной ракеты, но новейшая разработка отечественных инженеров не дала ей никаких шансов. Подомной вспыхнул огненный шар. А в следующий момент уже мне пришлось уклоняться от роя ракет, выпущенных по мою душу.
Где-то снаружи беззвучно заработали постановщики ложных целей. Брина их включила без моей команды. На мои плечи сейчас легла только стратегия. Всю тактику на себя взяла наша электронная помощница. Человеческая реакция слишком медленная, чтобы успешно реагировать на атаки во время космического боя. Здесь очень многое зависит от электроники. Поэтому сражения среди звёзд ещё называют состязаниями искусственных интеллектов.
От первого залпа мы успешно ушли. А через мгновение все ракеты взорвались, заглотив выпущенную для них приманку. После чего я провёл ещё одну контратаку, и следующая «Скопа» расцвела огненным букетом в безмолвном космосе. Всё это заняло меньше минуты.
Преследуя последний истребитель, я посмотрел, где находится Кира. «Госпожа» вышла на низкую-опорную орбиту и продолжила движение дальше. Хорошо. Ещё немного, и они пройдут заражённый пояс.
Уходя от преследования, пилот «Скопы» старался изо всех сил. Более того, он пытался, маневрируя зайти нам в хвост и атаковать снова. Правда выходило это у него не очень. Российская «Линза» на порядок превосходила созданную ещё пол века назад в Семизвёздном альянсе «Скопу».
Мучения моего противника продлись недолго. Две самонаводящиеся ракеты нагнали истребитель превратив его в полыхающую смесь ядерных осколков.
— Вот чёрт! — выругался я, уходя в сторону от огненного шара.
Сам того не понимая я запустил в «Скопу» ракету с ядерной боеголовкой.
— А ты жесток, — удивлённо сказал Шнайдер.
Анна же, судя по всему, ничего не поняла. Для неё происходящее — странная фантасмагория, череда часто сменяющихся картинок.
— Будешь тут добрым, — усмехнулся я.
Хотя ядерный боезапас жалко. Потратил его на какой-то ржавый истребитель.
— Тревога! — вновь оповестила Брина своим взволнованным голосом. — Ещё один объект.
Объектом она назвала тяжёлый катер планетарной обороны. Он только что вышел из-за горизонта и шёл по низкой-опорной орбите навстречу «Госпоже».
— Кира! Видишь? — крикнул я.
— Вижу. Попробую уйти.