Таблетка-луна припекает светом избитый временем мост. Пугливые фары покрывают сыпью зловещий грузовик, в открытом кузове которого дети переворота забавляются с взрослыми игрушками. Дуэт крепких подростков суетится у пулемёта, пули сыплются в проворную тень, бегущую под мостом. За работой пулемётчиков удовлетворённо следит мужчина, вздутый от важности, в позе военачальника вставший позади гавриков. Плащ, дрожа от встречного ветра, обнажает дорогой полосатый костюм. На носу командира очки в золотой оправе.
Бронзовый – красавец-мужчина, но красота эта сравнима с розой из ржавой водопроводной трубы. Гнусная вседозволенность омывает кровью ладони, жадность наступает на горло сентиментальности.
В команде Бронзового юноши с каменными подбородками. Чумные крысы общества в грязных майках и брюках, аполлоны с мордами бультерьеров.
Приземистые автомобили гудят от страха, проносясь мимо. Грузовик глотает пунктирную разметку, плюя бампером в лица нерасторопных седанов. Мост уж кончился, тень скрывается безнаказанной, спрятавшись за домами и промышленной бездной. Неотёсанные лица пулемётчиков окатывает страх, пот врезается в мимические ухабы.
– Шеф… Он убежал… – дрожит ломаный голос.
Подростки боятся быть выброшенными на дорогу. Они не раз видели, на что способен военачальник, и чудесно помнят, кому больше не орудовать пулемётом. Бронзовый не думает серчать, слишком хороши его предчувствия.
– Ничего, – спокойно молвит военачальник. – Скажи Морде, чтобы спускался к стройке.
Один из парней стучит по кабине и, склонившись над дорогой, передаёт водителю пожелание командира.
Грузовик съезжает с моста, извилистая дорога ведёт вниз, с обеих сторон поглядывают перекошенные чудовища-дома, испачканные рыжими бликами редких фонарей. «Сегодня фортуна улыбнётся мне, – размышляет Бронзовый: – Это вы объявили войну, господин Маних. Теперь нам придётся решить парочку вопросов. Что быстрее: мысль или четыре колеса? Что сильнее: разум или автомат? Я расскажу вам».
Бормочущая ночь затыкается тяжёлым скрипом, грузовик останавливается у разрушенных «деревяшек», ограждённых забором. Бронзовый и дуэт спрыгивают на болотистую землю, из кабины выходят ещё двое. Парубки вооружаются автоматами, Бронзовый приказывает разделиться – двое идут с ним, остальные осматриваются кругом. Водитель явно желает оказаться во второй группе, но Бронзовому не до страхов толстяка перед высоким забором.
Создатель явно пролил чернила на здешнее полотно, потому местность эта давно гниёт пахучей синей клоакой. Троица бредёт по прокисшему выкидышу города. Ботинки хлюпают грязью, рты выдувают пар. По бокам чередуются разобранные на кирпич хижины с поехавшей крышей да обклеенные паутиной хибарки, кишащие летучими мышами и беспросветной тьмой. Отовсюду торчат сваи и промышленный шлак, тощие кошки бродят в раздумьях: где бы поскорее прикончить девятую.
Бронзовый заглядывает в каждый замызганный барак. Он выглядит тактично неспешным, словно знает, где прячется гад и теперь просто действует ему на нервы. Самого Бронзового нервирует только то, что постоянно приходится отряхивать плащ от царящей в воздухе пыли.
Молодого оборванца Пейса нервирует зуд в пальце, курок автомата выглядит идеальной расчёской. Как же холодно… Согревает лишь перспектива стрельнуть по живой мишени. Пейс вряд ли уснёт, если такая возможность не представится.
Резкая вспышка света раскрывает рты мужчин в грязной брани. Ещё долго из глаз будет струиться недовольный дымок. Перед лицом пляшут разноцветные огоньки, Бронзовый пробегается взглядом по горизонту.
– Откуда она появилась? Откуда?!
– К-кажется, оттуда, босс… – мямлит Морда и тычет пальцем.
Бронзовый следит за жирным указательным.
– Ты уверен?!
– Д-д-да, босс, свет появился… Я как раз вытирал лоб, когда вспыхнуло… успел разглядеть…
«Надо же, – думает про себя Бронзовый: – Судьба указывает путь к счастью, а ты, дурак, в этот момент не вытирал лоб».
– Бегом! – командует военачальник.
Вскоре трио настигает деревянные руины. Испуганная София плачет у парализованного Рауля. Неподалёку полыхает одинокий костёр. Очки Бронзового запотевают, углядев счастье, стиснутое огненной рукой. Бронзовый ногой выталкивает из костра коробку. Вооружившись карманами плаща, как перчатками, он подносит горячую находку к лицу. Коробка сияет новогодним подарком.
– Забирайте её и уходите! Пожалуйста, – стонет София.
Бронзовый нехотя отвлекается от коробки. Вид Рауля вынуждает перекосить лицо.
– Как скажешь, дорогуша, – молвит Бронзовый. – Извини, что отвлекли.
– Что, мы и вправду уйдём? – спрашивает недовольный Пейс.
Если бы Бронзовый состоял из половиц, он бы презрительно заскрипел. Больше всего он сейчас мечтает остаться в одиночестве. Тем временем на губах молодых оборванцев булькает похотливая слюна. «Ребята славно поработали, – думает Бронзовый: – Девочка выглядит, как неплохие премиальные…»
– Да делайте вы, что хотите, – протягивает он и спешит спрятаться в мраке.
