Мрак, который под силу рассеять лишь приоткрытой коробке счастья; укромный мрачный уголок, где в приятном поцелуе сольются золотой джинн и бронзовый блеск из-под позолоченных очков сатрапа.
Ещё мгновение назад Пейс тревожно раздумывал о двух собратьях, затерявшихся в ночи. Почему они не догадались бежать на свет, и что может случиться с ними в этом бездушном огрызке города? Сейчас же Пейсу не до тех простофиль, бритоголовый паренёк радостно потряхивает влажным подбородком, представляя, что можно сделать с юной белокурой девицей. Каменный невежа Морда отправляет грузное тело на обольщение Софии. Его могучая тень полностью накрывает рыдающую девушку. Маленькая ручонка Софии впивается в примёрзшего к земле Рауля.
– Не плачь, милая, сейчас я тебя утешу, – изрыгает толстяк, потирая могучие кулаки.
Никто не заметил, как пустырь обнесло забором из мрачных теней. Тяжёлое дыхание дюжиной удавов проползает по земле. Пейс оборачивается к ночи, автомат едва не сбегает от рук при виде стеклянных лиц, вставших в шеренгу. Бронзовый прячется за крепкой спиной подростка.
– Что вам надо?! – гневится военачальник.
Под прицелом Пейса скапливается целое стадо.
– Вы подписали себе смертный приговор, – твердит Бронзовый гостям.
И даёт Пейсу знак.
Искры разлетаются в ночном воздухе. Коробка прячется под дорогим плащом. Спрятав руки в карманах, Бронзовый с восторгом наблюдает, как достаются земле простреленные кисельные тела. На лице Пейса довольная улыбка, маленькой светящейся точечкой в тёмной голове загорается тревожная мысль: хватит ли его на всех?
Шумный рой пуль заглушает хруст кости – Морда со съехавшей в сторону челюстью ложится на землю, кровь кипит на холодной арматуре.
Бронзовый вытирает платком очки, довольно поглядывая на растущую гору трупов. Спина не чует враждебного дыхания, чьи-то руки хватаются за его плащ и тянут на себя. Чужими усилиями Бронзовый перелетает через нагретый котёл и утыкается лицом в землю. Коробка уносится лелеять толпу.
Тьма продолжает насыщать пустырь, непрошеных гостей становится много больше. Они ворошат ногами костёр, огонь разбегается по земле, Бронзовый приходит в себя, виском почуяв агрессивное тепло. Он вскакивает на ноги и оказывается в центре свары. Со всех сторон топчутся недружелюбные ботинки, один из них крошит пригретые землёй золотые очки.
Между тем коробка гуляет по рукам, в этой игре предыдущий обязательно умирает. Кольцо вокруг Пейса сжимается. Молодой автоматчик, ставший начинкой отравленного торта, усеивает ноги горячими гильзами. Краем глаза молодчик замечает двух собратьев, уже казавшихся мёртвыми. Их автоматы спешат на помощь, схваченные паникой пули врываются в горбатые чёрные спины. Пейс представляет, сколько пива он выпьет с ребятами, когда они примутся обсуждать этот кошмар. Это случится уже через час, а через неделю они будут вспоминать эту проклятую ночь и смеяться, глядя в гордые лица друг друга… Так и будет… Но в следующую секунду мимо Пейса жирным котом прогуливается коробка, и оборванец-подросток падает с переломанной шеей.
Бронзовый вползает в толпу, то ли за коробкой, то ли за ненужным Пейсу автоматом. Некто смело шагает по спине, выдавливая жуткий крик. В метре от покорённого военачальника из объятий в объятия переходят изувеченные тела аполлонов.
Свет коробки исчез за семенящими столпами. Бронзовый чувствует, как лёгкие и рёбра объявляют телу войну, залитые металлом они вот-вот вырвутся из груди. Чудом мужчине удаётся выбраться из гущи ног, Бронзовый пускается в бегство.
Тело кажется чужим, оно отвыкло от бега, помня, что разум всегда находил ему замену. «Как давно я заставляю бегать других?… И кого мне заставить теперь?» Голова надувается гангреной, кашель каменной крошкой царапает горло, ноги обращаются в мокрые неуклюжие ласты. Бронзовый падает на крыльцо разваленной хижины, окна которой забиты досками.
Слабость острым лезвием щекочет отчаяние. Криминальный властелин города – устрашающий мужчина – дрожит каждой клеточкой тела, ощущая одиночество. Одинокий чёрный пустырь, одинокая холодная ступень и одинокий военачальник, который не может отдать приказ. Что теперь?
Сдаться и проиграть – значит остаться здесь, в горстке чёрной смолы, облепленной паутиной. Значит, сломать себе шею, ничего не забрав с собой.
«Коробка обязана быть моей. Теперь уже никакой другой цели. Те дикари вряд ли поделят коробку, а, значит, она продолжит кочевать…» Сжав кулаки, он поднимается со ступеньки, обмякшее тело переваливается через забор, Бронзовый забирается на крышу ближайшей постройки, обдумывая сумасбродный план.
Карликовые дома практически трутся друг о друга. Они спиралью уложены по периметру города и замыкаются ближе к центру. Подпирая головой небосвод, Бронзовый следит за маршрутом голодной толпы, искатели счастья приведут его к коробке.
Огромная луна стягивает небо. Отсюда она кажется совсем близкой, можно разглядеть каждую морщину. Массивной жёлтой тушей она выглядывает из-за тощих облаков. Знала бы луна, как она красива.
