— Ну, Надя, как жизнь? — Антонина взяла девушку под руку, ускорила шаг. Давно не случалось им поговорить по душам, как бывало раньше, до начальствования Антонины, до этих вечных запарок на работе. Надя Кротова, в нынешнем году окончившая университет, остроносенькая, вся какая-то чистая и аккуратная, умела быть неприметной, тихой. Делала все быстро, хорошо, но программы сдавала так тихо, что это не сразу даже можно было заметить. Поэтому Антонина иной раз переспрашивала, действительно ли все она сделала. То же и с ее лицом. Приятное, свежее, молодое, стройная фигура — это все бы подчеркнуть, оттенить, как умели многие ее ровесницы, она же, Надя, не умела. Платья слишком уж простые, будничные, если и наденет брюки, то какие-то мальчишечьи, широкие в поясе. И голосок — слабый, тихий.
Однажды она призналась, что собирается замуж. «О господи, — даже воскликнула Антонина, — да куда тебе замуж, горе горькое? Ты же совсем еще дитя!» — «Мне уже двадцать три», — сказала Надя, и Антонине даже стало неловко — и в самом деле, девушка ведь окончила университет. Тогда и рассказала Надя про свою непростую, запутанную любовь. Оказывается, она еще с третьего курса любит парня из своей группы. Но парень этот с характером, норовистый, капризный — и как ни старалась Надя во всем угодить ему, они все же поссорились. Девушка места себе не находила, подстерегала после работы, надеясь встретиться, поговорить и помириться. Но тот даже не хотел ее замечать.
А тут как раз начал приставать механик из «Автосервиса». Неплохо зарабатывает, не пьет, не курит, просит, чтоб вышла за него замуж. Но она все еще надеется, что вернется тот, однокурсник. Ей и механику не хочется отказывать, и с однокурсником отношения не налаживаются. Просила Антонину посоветовать, что делать. Но что можно сказать в подобных случаях? Только одно: решай сама, как подскажет сердце. Будто наше сердце, в особенности девичье, так уж и способно дать правильный ответ. Если б так было!.. А то оно подскажет, а потом само же и мучается.
Слова Антонины девушка поняла по-своему, да, видимо, иначе и не могла, поскольку многое в ее жизни решалось теперь, и решалось именно в зависимости от того, какой выбор она сделает.
— Знаете, Антонина Ивановна, я твердо решила: выйду за Аркадия.
Аркадий — это механик. Значит, однокурсник не откликнулся. Надя помолчала и добавила:
— Если до Нового года не решится с Олегом — выйду за Аркадия.
— Ну и выходи, если хороший человек, — ответила Антонина.
— Но Аркадий не очень мне нравится, — наморщила остренький, слегка хрящеватый носик Надя. — Вот, верите ли, только однажды погрела руки у него под мышками, и все. Когда очень замерзла после кино. Как же тогда с ним жить?
— Значит, не выходи, — смеется Антонина.
— Так если бы парни были более серьезными, — пожаловалась Надя. — Ходят с тобой, гуляют, а замуж берет самый некрасивый, самый нелюбимый.
— В самом деле, несерьезный народ, — согласилась Антонина, решив снова перевести разговор на шутку, но, подумав, укорила себя: тебе смешки, а девушке вон хоть иди замуж за немилого. Ого, какая нешуточная проблема! Ну, не получится с однокурсником, даст от ворот поворот Аркадию, а встретится ли кто-то еще, кому захочется создать с нею семью? Так вот и становятся многие старыми девами. Разве они более счастливы в жизни, чем та, что выскочила замуж не по горячей любви, а из боязни остаться одинокой, без семьи? Конечно, нет, ведь одиночество никого не согревает. В то время как хорошие семьи получаются и без какой-то необыкновенной любви…
— Ты получше присмотрись к Аркадию — может, и понравится, — посоветовала Антонина.
— Да жить с ним будет хорошо! У него и машина, один сын у родителей, трехкомнатная квартира, отец инженер, мать — в «Ювелирторге». Но я ему поставлю условие, — доверчиво наклонилась к Антонине Надя и прошептала: — Чтоб целый год у нас не было детей. А вдруг не захочется с ним жить?
— Смотри, какая ты практичная, — удивилась Антонина. — Ну, что тебе сказать? Может, это и правильно. Но ведь выходят замуж ради семьи, ради детей. Дети все меняют, может, как раз в них будет главная радость в твоей жизни…
— Вы думаете?
— Без сомнения. У меня тоже не всегда все хорошо, и сколько бы я мучилась, сколько бы переживала, если б не было детей. В них — все горести и утешения матери.
— Ой, Антонина Ивановна, какая вы умная! Как только поговоришь с вами — сразу все становится ясней.
— Ум ли это, Наденька? Опыт, жизненный опыт. И ты с годами будешь так рассуждать. Ум же у меня — как и у любой нормальной женщины…
— Ну нет, вот возьмите сегодня… Поговорили с вами — и спокойнее стало в группе. Только одна Панкова… Но знаете пословицу: одна ласточка весны не делает.
— Ласточка? Нет, не ту пословицу ты выбрала. Я лучше новую придумаю, специально для Панковой: одна ворона еще не составляет стаю. Смотри-ка, вроде бы неплохо получилось, запомни на всякий случай.
