И Дин сдался. Не умел Сэму отказывать. А ведь наверняка он знал, что подставляется. Пошли на ручей вместе. Запустили кораблик, потом долго ловили, хохотали, Сэм все ноги промочил, а Дину ничего не сказал. Ботинки хлюпали противно и холодно, но все равно смешно было. Они провели там почти весь день. А когда вернулись, у отеля уже стояла отцовская Импала. Сердце ухнуло у обоих.
Джон сидел за столом, хмурый, потемневший лицом, с окровавленной повязкой на руке и пил коньяк прямо из бутылки. Мальчишки несмело прошли на кухню.
Охота явно не задалась. Может, даже, кто-то погиб, подумал Сэм.
– Папа…– тихо пробормотал он, пряча кораблик за спину.
Но Джон даже не взглянул на него.
– Иди к себе, – жестко скомандовал он, и Сэм понял, что навряд ли сейчас все обойдется.
Тихо сняв мокрые насквозь ботинки, он ушел в их общую с Дином комнату, с сожалением глядя, как брат остается в одиночестве отдуваться за них обоих.
Из комнаты он слушал, как отец кричал на Дина, обвинял нетрезвым бешеным голосом, а брат что-то тихо говорил в ответ, пытался оправдываться, но вскоре замолк. А Джон с криком давил на него все сильнее, упрекал, поучал, брызжа слюной, и орал, орал, орал. Невыносимо. Бесконечно. И Сэм не выдержал. Стыд за себя, и обида, и злость, и благодарность брату – все смешалось. Тугой ком душил горло, слёзы щипали глаза. Ненавижу, ненавижу! Он пулей вылетел из комнаты, вскакивая между отцом и Дином.
– Не ори!! Это я его попросил!!
Он сам поразился собственной смелости, а колени все равно дрожали. Так он ещё никогда с отцом не разговаривал.
Джон застыл, глядя полупьяным слезящимся взглядом Сэму прямо в глаза, а тот стоял, и смелость его тихо таяла, хотя взгляд он так и не отвел.
И тут повисшую в комнате тишину разбил голос Дина у него за спиной, твёрдый и даже жесткий, почти враждебный:
– Иди в комнату, Сэм.
Обернувшись, он встретил уверенный и непроницаемый взгляд брата. Накатившее в тот момент острое чувство разочарования он помнил до сих пор.
– Но, Дин!!
– Отец прав. Иди, я сказал.
Сэм развернулся, ушёл, и ему стало стыдно еще сильней. И даже как-то противно. Теперь он злился и на брата за его слепое подчинение, за то, что он так унижается перед отцом и его заставляет. Сэм чувствовал себя тогда хуже некуда, знал, что сам же так Дина подставил, но не злиться не мог.
После этого крики стали тише, и скоро скандал совсем прекратился. Сэм услышал, как натужно скрипнул диван – Джон лёг. Дин ещё какое-то время возился у стола на кухне, и когда зашёл в комнату, Сэм лежал в темноте, свернувшись в комок под одеялом. Дин словно знал, что он не спит. Зажег свет, сел рядом и молчал целых пять минут, а потом:
– Сэм…
Тот не пошевелился, и Дин положил руку ему на плечи.
Сэм всхлипнул и натянул одеяло плотнее на голову.
– Зачем ты это делаешь? – голос Сэма прозвучал глухо из-под одеяла, но и так было слышно, что он плакал.
– Потому что он прав.
– Нет! Вот и нет! – в новом порыве невысказанной обиды он откинул одеяло, сел и посмотрел упрямо, рассерженно, с вызовом. А глаза красные-красные. – Мы ничего плохого не сделали!
– Мы ослушались его приказа. Я ослушался. И подвел его.
Сэм смотрел несогласно, твёрдо и начинал только ещё больше злиться.
– Ненавижу эти приказы! И его ненавижу! – прокричал он Дину в лицо, а тот сидел тихо и смотрел почти спокойно. Это бесило ещё сильней. – А ты…! Ты…!
Злые слёзы опять застелили Сэму глаза, он со всей силы рванул одеяло на себя, снова укрываясь с головой и сжимаясь в комок, а Дин посидел еще немного рядом, затем встал и ушел в ванную, закрыв за собой дверь.
Потом, уже глубокой ночью Сэм вылез из кровати, забрался к Дину в ноги и растолкал его. Тот промычал что-то невнятное, но все же проснулся.
– Дин, прости, что подвел тебя…
– Все в порядке, ты не виноват, Сэмми, – пауза. – Иди спать, завтра трудный день. У отца новое дело.
Сэм еще с минуту сидел, сгорбившись, на кровати Дина, а потом добавил тихо:
– Спасибо тебе за кораблик…
Но тот уже не ответил.
На следующий день они уехали из города, и похвастаться красивой поделкой в школе не удалось. Кораблик так и остался у Сэма лежать в коробке, храня воспоминания о том дне, хотя больше они никогда не говорили об этом случае, потому что Дин был не согласен с Сэмом, и Сэм не понимал брата. Сейчас, уже во взрослом возрасте, конечно, понимание пришло, почему и зачем брат так поступал, но согласиться с этим Сэм все равно никак не мог до сих пор.
И ровно с того дня стали как-то предельно ясно обрисовываться противоречия между Сэмом и Джоном, теперь он боялся выступать против отца все меньше и меньше. И как Дин ни старался примирить их, с возрастом скандалы между ними становились только сильней и чаще, пока маленькая трещинка, появившаяся в тот день, не разрослась до таких размеров, что в один непрекрасный вечер, их последний вечер вместе, в лесной лачуге у шоссе не разверзлась до огромного провала, пропасти, заживить которую уже было невозможно.
Глава 5. Несколько интересных открытий
