Вика положила двадцать пять долларов под тарелку и пошла прочь. Хотя хотелось бежать. Через пару кварталов она поняла, что идет в противоположную от автобусной остановки сторону. Она была совсем без сил и не могла больше сделать ни шагу. Остановилась у ближайшего дома и присела на крыльцо. Запищал телефон. На долю секунды Вику охватил ужас, что это Сергей, что он все-таки видел ее, видел, как она стремительно убегала, но это был всего лишь Франк. Он только что получил ее сообщение и будет очень рад встретиться. Никогда ни один мужчина не был Вике так безразличен, как сейчас Франк. Она ответила, что уже вернулась домой. Подумала взять такси до автобусной остановки, а потом на автобусе доехать до дома, но мысль провести ночь в одиночестве была невыносима. Мимо прошли мужчина с женщиной. Даже не посмотрели в ее сторону. Она тут абсолютно одна. На этом крыльце, в этом городе, в этой стране. Снова запищал телефон. Она подумала, снова Франк, и скривилась, но пришло извещение с фейсбука. Вадим Калугин прокомментировал ее фотографию: “И правда могло быть хуже!”
Вадик! – сообразила она. Набрала его, он сразу ответил. “Вадик, ты один?” – уточнила Вика. Ответил, что да. Она взяла с него обещание, что он не будет задавать никаких вопросов, и потом спросила, может ли остаться на ночь. Повисла долгая пауза. Вика забеспокоилась, что получит от ворот поворот, но он сказал: “Конечно! Разумеется!” Вика поднялась со ступеньки и оглянулась в поисках такси.
Полчаса спустя она уже стучала Вадику в дверь.
– Заходи, открыто! – прокричал он, и она вошла в пустую квартиру.
Остановилась посреди элегантной гостиной, не понимая, как быть дальше. На верхней полке у окна красовалась коллекция бутылок, и она принялась их разглядывать: виски, бренди, водка, непонятная маленькая бутылочка с самодельной наклейкой “Для разбитого сердца”. Идеально, подумала Вика и попыталась открутить крышку. Вадик появился из ванной в красивой рубашке, с мокрыми, только что причесанными волосами. Увидел бутылку в ее руках и произнес:
– Нет, только не эту! Это какая-то дрянь, оставшаяся после диджея Томы.
Он забрал бутылочку и налил ей бренди. Вика жадно опустошила стакан, будто это был сок. Она вдруг вспомнила об Итане Грэйле. Итан Грэйл сегодня умер! Из-за встречи с Сергеем она совсем об этом забыла. Вика поставила стакан и заплакала.
Вадик подошел и обнял ее. У него была эрекция. До чего же глупо человеческое тело, подумала Вика и отстранилась.
– Ты голодная? – спросил Вадик. – Закажем чего-нибудь?
Вика покачала головой. Сказала, что хочет смотреть телевизор.
– Как насчет “Доктора Кто”?
Вика ответила, что ей все равно.
Они посмотрели пару серий, потом отправились спать, Вадик в свою комнату, Вика легла там, где раньше жил Сергей.
Посреди ночи она проснулась в жуткой панике, какой с ней еще не приключалось. Ей остро требовалось утешение: казалось, не утешь ее кто-то прямо сейчас, она умрет. Она встала и подошла к спальне Вадика. Дверь была распахнута, комната тускло освещалась фонарями с улицы. Вадик лежал на спине с полуоткрытым ртом. Вика скользнула под одеяло и придвинулась к нему. Он был таким теплым, таким высоким. Его тело занимало много места. Она обняла его, и он обнял ее. Они перекатились вместе так, что теперь она оказалась под ним. Он был как самое теплое, самое большое, самое прекрасное одеяло. Ну и что, что у одеяла был твердый член, ну и что, что член вошел в нее? Они кончили в считаные минуты, и Вика тотчас провалилась в сон.
Наутро она чувствовала себя намного лучше, но слегка мутило от голода. Она пошла на кухню, отрезала кусок дыни, съела ее и отправилась в душ. Намыливаясь пощипывающим кожу гелем Вадика, она ощутила себя настоящей Скарлетт О’Харой. Завтра будет новый день, а сегодня и было завтра, и цель Вики ясна и проста – она должна вернуть Сергея.
Нет, Вадик не встревожился, когда проснулся и не обнаружил в постели Вики. Расстроился, но не встревожился; он знал, что ей надо рано выходить, чтобы успеть на работу. В душе после нее еще не выветрился пар и аромат, а на краю ванной сохли ее свежепостиранные трусики. От одного их вида у Вадика случилась эрекция.
В кухне тоже имелись следы ее присутствия. Немного кофе для него в кофемашине, вымытые кружка с ложкой на сушке, капля йогурта у стола. Вадик написал: “Как ты?” Она сразу ответила: “Отлично! Большое тебе спасибо!”
Благодарила за то, что он ее трахнул? Или предпочла проигнорировать это и благодарила за то, что приютил ее на ночь?
Оба варианта озадачивали и ранили.
Он спросил, когда увидит ее. Она написала, что на работе страшная запарка, и ему стало совсем кисло. Но через час предложила встретиться на обед, если он сможет подъехать. Вадик выпил кофе и отправился в офис в Дамбо, казавшийся ему сегодня особенно мерзким.
У Боба была идея обставить офис в антигугловском стиле. Ему виделась откровенно взрослая мебель, но в модном современном духе. Боб обожал вещи Германа Миллера, элегантные, прочные и дорогие на вид и на ощупь.
