– Борис, Шейндел, это и правда партизаны! Они стоят у входа в дом! Каким образом они могли понять, что мы находимся именно здесь?
– Уриэль, когда мы заходили в дом, я забыл потушить лампу, поэтому они и пришли, зная, что тут есть люди.
Уриэль задумался после слов Бори. Он ушел в себя после услышанного, а его нервы натянулись, как струны, которые вот-вот лопнут. Вскоре он обратился к Борису:
– Нам надо бежать. Другого выбора нет.
– Ты прав, но я не могу оставить свою бабушку на произвол судьбы, – ответил Борис.
Уриэль понимающе на него посмотрел и еле заметно покачал головой. В этот момент раздался сильный шум. Входная дверь будто начала срываться с петель, издавая чудовищный скрип. Брат с сестрой приковали взгляд к окну. Они пытались разглядеть мужчин на улице, а Борис безжизненно озирался по сторонам, не осознавая, что может случиться. Дверь долго лязгала. Ребята находились в подвешенном состоянии. Они искали выхода из сложившейся ситуации, как тонущий, что ищет воздуха. Уриэль прокручивал в голове вариант с сиюминутным побегом, но грустные глаза Бори ярким пламенем вспыхивали перед ним, когда он раз за разом допускал эту мысль. В одно мгновение стало очень тихо. Ребята, посчитав, что люди ушли, спокойно выдохнули и сквозь окна смотрели на небо, где скоро запрыгает по облакам неугомонное утро. Но тишина оказалась затишьем перед бурей. Снова раздался стук. После пары толчков по двери Борис точно определил звук сорвавшейся дверной петли. Он повернулся к Уриэлю и стал трясти его со всей силы за плечи, а из его рта сорвался крик, перемежавшийся с кряхтением:
– Они здесь!
Послышалось шарканье по полу. Из коридора донесся какой-то звон. А ребята смотрели на дверь завороженные и испуганные, не решающиеся предпринимать никаких действий.
–Партизаны в прихожей, они рядом с комнатой бабушки. Сделайте что-нибудь! – закрыв лицо ладонями, протараторил Борис.
Глаза Уриэля забегали в этот момент. Он бросил взгляд на окно, потом на Борю. В конце концов его искрометный взгляд достиг Шейндел, и он стал говорить:
– Есть завет: «помогай своему ближнему». Это сказал сам Бог. Мы, небесные отроки, его внуки или правнуки, обязаны следовать этим заветам, ведь это наш долг перед Ним. И вообще, Иисус предал сердца наши тому, чтобы испытать любовью все земное. Это тяжелое занятие Он дал и людям, – Проговорил Уриэль эти слова и взял сестру за руку.
– Прячься в шкаф и молись за нас, – обратился он к Борису. – А мы пойдем спасать нас всех и испытывать судьбу на прочность.
Шейндел испуганно смотрела на брата. Ее взгляд отражал полное неверие в его действия. Разум шептал ей о зле, мечущемся за дверью, а сердце принимало слова брата, как колющие удары в самую грудь.
– Пойдем, не нужно бояться, – ласково сказал ей брат.
Уриэль распахнул дверь и сразу услышал мужские голоса. Он сделал пару робких шагов, оказался в кухне, за углом которой опасность поджидает его. Шейндел плелась за спиной брата. Она была будто еле живая, словно парящая в невесомости. Ее брат пересек пространство кухни и остановился у дверного порога. Голоса больше не достигали его слуха, и он, решив, что все чисто, наклонил голову пониже, чтобы посмотреть за угол.
– Ну что там? – раздался рядом голос.
Уриэль краем глаза заметил мужчину. Этот мужчина был именно тем человеком, который тогда в лесу вышел из палатки в полусонном состоянии. Мальчик следил за ним и дождался появления его товарища. Второй мужчина был одет в темную кожаную куртку.
– Я все тут проверил, нигде никого нет, – сказал крупный мужчина.
– Да какого лешего? А почему свет горит у крыльца? – с хрипотой в голосе спросил другой.
– Думаешь, я знаю? Во всем доме тишина, коридор чист, комната пустует.
Мужчина выслушал своего товарища и огляделся по сторонам.
– Смотри, еще боковые комнаты есть. Там справа вроде кухня, слева вон тоже дверь.
– Этих дверей я и не заметил. В этой темноте хоть глаз выколи и старое стой, поминай, – со смехом пробасил мужик. – Пойди на кухню эту, а я туда потопаю, – добавил он и указал на дверь взмахом руки.
Мужчины разминулись и направились в разные стороны. Когда лицо одного из них стало смотреть прямо на кухню, где сидел Уриэль, а тело устремилось к двери, мальчик замахал рукой Шейндел, и та спряталась за печкой. Брат присел за небольшой обшарпанный шкафчик, за которым пригнулся, как солдат в засаде. Уриэль порой посматривал из-за шкафа. Он ожидал появления человека, но совсем не знал, что делать, когда его заметят. Шаги становились ближе. Мужчина в расстегнутой болоньевой жилетке и джинсах вошел в кухню. Он шел, не осматриваясь по сторонам. Мальчик вминал свое тело в стену, пока человек приближался. Он понимал, что западня скоро настигнет его. Когда мужчина поравнялся с ним, по шее Уриэля расползлась стая мурашек, а сердце застучало, словно заведенный мотор автомобиля. Но, обуреваемый диким страхом, он все же смог перебороть самого себя. Мальчик молниеносно двинулся на человека, выставив руки вперед.
