– Ты что, это же совсем другое. Там научный взгляд, а здесь народное творчество.
– Вот тут сядем?
Найт показал на столик у перил на втором этаже, куда они поднялись, пока разговаривали. В данный момент демона с Черничной горы не волновали сказки, легенды и их историческая или культурная ценность. Все, о чем были его мысли – это еда, запахи которой витали по помещению, доводя несчастного едва ли не до головокружения.
– Ладно, – кивнул Хан, отодвигая стул с высокой спинкой и усаживаясь за стол. – Что будешь?
– Не знаю. Что угодно. Мне без разницы.
«Просто накорми уже меня, противный!» – мысленно взвыл голодающий.
– Могу попросить, чтобы тебе подали пустую тарелку. Очень экономно, – улыбка северянина была особенно любезной.
– Ты говорил что-то о горшочках, – буркнул Найт. – И ласке нужно мясо.
– Без проблем.
В итоге на их столе оказались не менее десяти различных блюд, включая мясо для Кисточки и то самое жаркое в горшочках. Счастью Найта не было предела, но он старательно это не показывал, спокойно жуя мясо, картошку и овощи. А немного утолив голод, сказал:
– Ты ведь явно пришел сюда не только поесть? Иначе, зачем было тащиться через два квартала.
Хан оперся о столешницу из гладкого темного дерева и закинул в рот маленькую помидорку.
– Я хочу послушать сплетни, – его блуждающий по залу взгляд остановился на небольшой компании мужчин на первом этаже, похожих на обычных путешественников, однако ровные спины и серьезные взгляды выдавали в них людей военных. Это вполне могли быть подчиненные кого-то из лордов или столичной знати.
– Хм. – Найт жевал хрустящую булочку, наблюдая за направлением взгляда собеседника. Он тоже заметил необычных посетителей.
– Наверняка услышим что-то интересное, – продолжил лучник. – А еще у них на третьем этаже есть комнаты. Это наше с ребятами условленное место встречи. Дождемся их.
– И тогда разойдемся.
Хан растянул губы в улыбке, но в его глазах оставался холод:
– Тогда, наверное, да.
– Сколько им добираться в обход?
– Еще день. Приедут завтра к вечеру, если не будет проблем.
Найт кивнул и отпил из чашки вкусный фруктовый чай. Ему хотелось, чтобы северяне поскорее приехали в город, а еще он волновался и надеялся, что они больше не встретят крейнцев.
В таверне под названием «Сказка» действительно было немало желающих рассказать какую-нибудь историю. Для этого люди садились на видное место, сообщали официанту, что готовы получить бесплатную выпивку, и начинали вещать. Пока северянин и демон с Черничной горы ели, прозвучало две истории. Первая, как и ожидал последний, была о Киране: подробное описание его появления со всеми чудесными эффектами, маханием божественной рукой и хлопаньем сияющими крыльями. Потом рассказчик захмелел от второй кружки темного и начал описывать, как беженцы подносили Покровителю младенцев, а тот целовал их маленькие лобики, благословляя и желая расти большими и сильными.
– Пхе-хе, – не сдержался Найт, прикрываясь ладошкой, чтобы его ни в коем случае не сочли насмехающимся над благословенным Кираном.
Хан только улыбнулся, глядя на то, как вопящего «Он поцеловал и моего ребенка! Теперь у нас с женой будет богатырь, ик! Богатырь!» и рыдающего от счастья молодого отца оттаскивают к дальнему столу и пытаются угомонить.
Следом на ограждение второго этажа села стройная девушка в мантии бежевого цвета. В ее волосы были вплетены перья и маленькие медные подвески, а шею украшали бусы из разноцветных камней. Смуглой рукой с плетеными браслетами на тонком запястье кочевница перебирала струны лютни из темного дерева и пела на одном из диалектов своего народа. Для большинства посетителей красивые слова оставались загадкой, и они только с наслаждением слушали завораживающее пение, но Найт понимал смысл старинной песни. Огнедышащий Эйден из Харсана побеждал обезумевшего черного дракона, кошмарные деяния которого описывались в первом куплете. Если переводить на ризский то содержание припева было примерно таким:
Найт подумал, что это грустная песня. Все-таки Эйден убил последнего дракона. Если бы тот продолжил жить в мире с людьми, сейчас его, пожалуй, почитали бы так же, как Покровителей, а не вспоминали с содроганием.
Девушка закончила петь, грациозно, как кошка, спрыгнула с перил, поклонилась и залпом осушила протянутую ей кружку пива.
Найт ошеломленно моргнул. Эти шаманки просто нечто!
Новый исполнитель или рассказчик долго не появлялся. После ужина официант убрал лишние тарелки и чашки, и принес северянину и демону с Черничной горы четыре деревянных кружки с пузырящимся напитком. Найт недоверчиво уставился на лучника.
– Пей, – сказал тот.
– А вино?
Хан хмыкнул:
