— Да, вроде последний курс... а такая куча. Нашей группе позавчера выдавали, тоже еле допер. Куда нести?
— В общагу, — она окончательно смутилась. — Мне, правда, неловко...
— Неудобно на потолке спать, — хмыкнул молодой человек. — Для того и существует грубая физическая сила, коей мужики наделены в полной мере.
Аня расхохоталась.
— От скромности не умрешь.
— Разумеется. — Андрей старательно оправдывал репутацию болтуна. Благо, иного отношения к человеку, третий год восстанавливающемуся на выпускном курсе, у отличницы быть не может по определению. Да, он болтун, лентяй и второгодник. Вот только сегодня непонятно, с какой блажи решил подсобить девушке. Пусть лучше смеется — тогда можно не видеть этих серых глаз и не чувствовать смущение... непонятно отчего.
Квартал закончился быстро. Андрей бодро заволок неподъемные баулы на третий этаж, с чувством выполненного долга поставил на бетонный пол, улыбнулся в ответ на сбивчивое выражение благодарности и бодро припустил вниз по лестнице, преодолевая искушение оглянуться и посмотреть, в какую комнату она зайдет.
На следующий день они снова столкнулись нос к носу. В институтской столовой. Все столики были заняты. Ну конечно — на то она и обеденная перемена. Ругнувшись, он окинул взглядом помещение в поисках места и обнаружил рыжеволосую голову над книжкой.
— Не помешаю?
Она подняла взгляд и улыбнулась:
— Нет, конечно. Устраивайся.
Улыбка у нее была потрясающая — казалось, что в целом мире на данный момент для Ани не существует никого, кроме собеседника.
— Что читаешь? — он взглянул на картинку. — Судебка? Нашла чтиво для обеда.
— После пирожков в анатомичке тебе еще что-то может испортить аппетит? — в глазах девушки плясали ехидные чертенята.
— Разумеется, нет, — парировал он, сделав каменно-серьезную физиономию, — но ты же помнишь физиологию? Чтение за едой угнетает выработку пищеварительных соков... — Не выдержав, Андрей прыснул, Аня засмеялась вслед за ним.
— Смех смехом, а иногда приходится выбирать: чувствовать себя на семинаре полной дурой или пожертвовать пищеварением.
— Естественно, пищеварением жертвовать нельзя ни при каких обстоятельствах! — ухмыльнулся Андрей. — А то оно отомстит, и мстя его будет страшна!
— «Мстя», — хихикнула она. — Ладно, мститель. На лекции увидимся.
Андрей сам удивился, обнаружив, что, вопреки обыкновению, не только появился на лекции, но и устроился в третьем ряду. Рядом с Аней.
Так оно и потянулось. Посещение лекций оказалось потрясающе интересным занятием. Особенно, когда видишь рядом рыжий завиток, падающий на нежную щеку, и серые глаза. Когда можно, заглядывая в ее конспект, якобы за прослушанной фразой, коснуться ее плеча. Нет, Андрей не был рыцарем без страха и упрека — просто в этот раз ему почему-то не хотелось торопить события. Пусть все идет своим чередом.
И сам удивился, обнаружив, что сдал выпускные экзамены с первого раза.
Вручение дипломов всегда проходило торжественно. Ректор вызывал по одному, собственноручно отдавал «корочки», поздравлял. Андрей смотрел на сияющее лицо Ани и чувствовал, как накатывает тоска. Послезавтра распределение, и что дальше? Внезапный шум прервал его мысли. В зал вбежала секретарь ректора. Растрепанная, с покрасневшими глазами.
— Включите радио! — закричала она, не обращая внимания на удивленные взгляды.
— Что случилось?
— Война!
Кто-то уже включил приемник. Андрей похолодел — это не было дурацкой шуткой, как он решил было сначала. Он слушал мерные, чеканные фразы диктора, почти не слыша слов. Война!
Аня вцепилась в его рукав. На побелевшем личике глаза казались огромными. Андрей прижал девушку к себе, молча гладил по голове. Что тут скажешь?
Вокруг творилось что-то невообразимое. Плакали женщины, суетились мужчины.
— Что теперь будет? — спросила она, отстранившись.
— Пошли, — Андрей принял решение.
— Куда? В военкомат?
— Сперва в ЗАГС.
— Шутишь? — Аня уставилась на него изумленными глазами.
— Нет. — Ох, не так он хотел признаться, совсем не так... Пропади все оно пропадом! — Не шучу. Если мы поженимся, будет больше шансов попасть в один госпиталь. Я хочу быть рядом. Я люблю тебя. Ты согласна?
— Да. — Несмотря ни на что, она улыбнулась. Потом улыбка померкла: — Нас не распишут быстро.
— Распишут, — ухмыльнулся Андрей. — Там заведующая — подруга мамы. Поможет.
Им даже не пришлось долго объяснять. Заведующая — бледная, с заплаканными глазами — выслушала их, достала какие-то бумаги, попросила расписаться в нескольких местах, выдала свидетельство. Буднично и просто.
— Ну, вот, — Андрей виновато улыбнулся. — Прости, что не вышло как у людей. Платье, гости...
— Бог с ним, с платьем.
— Ага, без платья ты будешь еще красивее.
Она залилась краской, спрятала в ладонях пылающие щеки. Молодой человек бережно отвел ее руки, приподнял лицо, поцеловал.
— Военкомат подождет пару часов. Пошли домой... женушка.
