Дежуривший у входа в блиндаж немец заметил появление разведчиков в траншее, но предупредить сослуживцев не успел. Нож Скворцовского заставил его замолчать. Приказав двум разведчикам остаться у входа в блиндаж, Скворцовский, вместе с пришедшими на помощь Авдейкиным и Алабердыевым, ворвался внутрь.
В блиндаже находились четверо вояк вермахта. За деревянным столом, разглядывая бумаги при свете лампы, сидел белобрысый лейтенант, напротив, у полевого телефона, молодой ефрейтор в круглых очках. Позади них на деревянных нарах лежал седоватый фельдфебель. Рослый унтер-офицер стоял у смотровой щели рядом с перископом. Появление разведчиков застало их врасплох. Первым опомнился рослый унтер-офицер. Он кинулся к автомату, висевшему на гвозде на стене у входа, но напоролся на нож Авдейкина. Сам Мишка едва не получил пулю от белобрысого лейтенанта. Вскочив из-за стола, офицер выхватил из кобуры пистолет «вальтер», но прицелиться в Авдейкина не успел. Скворцовский кошкой бросился на офицера, выбил пистолет из руки, повалил на земляной пол и нанес три удара ножом, не упуская из вида впавшего в ступор ефрейтора. Побледневший ефрейтор сидел с поднятыми руками. Из-за круглых стекол очков на Вячеслава смотрели полные ужаса серые водянистые глаза. Скворцовский встал, готовый прийти на помощь Мансуру Алабердыеву, душившему на сгибе руки фельдфебеля, но Авдейкин уже был рядом с товарищем и помогал скручивать немца. Скворцовский подобрал с пола вальтер, сунул за пояс, посмотрел на Алабердыева.
– Аккуратнее, «языка» не задуши.
Через несколько секунд фельдфебель лежал на полу со связанными руками и кляпом во рту. Вячеслав кивнул на ефрейтора.
– Этого очкарика тоже надо спеленать. Жалко, офицера взять не удалось, пришлось кокнуть гада, пока кипеш не поднял.
Авдейкин бросил взгляд на пленного.
– У нас уже один ефрейтор есть упакованный. У пулемета взяли. Его сейчас Погорельцев охраняет. С троими смываться тяжело будет, а если Новиков еще контрольных прихватит?
– Тогда собирайте документы. Уходим.
Заметив стопку чистых листов бумаги и карандаш, Скворцовский подошел к столу, размашистым почерком написал на одном из листов «ПРИВЕТ ОТ СКВОРЦА», пририсовав в конце послания кукиш.
Из блиндажа разведчики вышли с одним контрольным пленным. Вячеслав скомандовал:
– Муха, тащите пулеметчика, пора когти рвать.
Выполнить приказ Авдейкину не удалось. Едва он добежал до пулеметной площадки, как со стороны дзота, где производил захват младший лейтенант Новиков, послышались взрывы и частая стрельба. Во второй линии траншей зашевелились немцы, застрочил пулемет. В небо взвилась ракета. Новиков вызывал огневую поддержку. Через минуту во второй линии немецких траншей, а также справа и слева от места действия разведгруппы стали рваться снаряды и мины, с противоположной стороны застрочили пулеметы. Под прикрытием артиллерийского и пулеметного огня разведчики благополучно вернулись, имея одного раненого бойца и одного взятого в плен фельдфебеля. Почему не удалось привести ефрейтора-пулеметчика, Авдейкин рассказал в блиндаже командира роты:
– Вредный фриц оказался, не зря усы, как у Гитлера. Мы этого гада с Погорельцевым на ноги поставили, а он, подлюка, как только стрельбу и взрывы услышал, так со связанными грабками и рванул по ходу сообщения к своим. Догонять его время не было, так что пришлось его шлепнуть.
Остался без контрольного пленного и новый взводный Николай Новиков. Часового у входа в дзот подгруппа захвата сняла благополучно, но все испортил вышедший в это время из дзота обер-ефрейтор – первый номер пулеметного расчета, который уничтожила подгруппа Авдейкина. Он успел закрыть дверь, из-за которой открыл огонь, вследствие которого был легко ранен один из разведчиков. К обер-ефрейтору присоединились его сослуживцы. Гранаты заставили засевших в дзоте немцев замолчать, но взять «языка» не удалось. Несмотря на это, задание было выполнено. Позже от капитана Матошина разведчики узнали, что фельдфебель сообщил о том, что немецкое командование в связи с прорывом войск Красной армии на других участках, опасаясь окружения, приняло решение спешно свернуть оборону и, используя группировку прикрытия, отходить за Днепр. Добытые группой сведения оказались важными и способствовали представлению разведчиков отделения к наградам и повышению званий, а также скорому наступлению. Оно началось в первый осенний день с оглушительных раскатистых артиллерийских залпов, протяжного воя «катюш» и уханья минометов. За огненными волнами артиллерийского огня, на хорошо укрепленные позиции противника хлынули волны пехоты, поддержанные бронетехникой. Преодолевая минные поля, проволочные заграждения, противотанковые ежи, уничтожая доты и дзоты, они рвались вперед. На этот раз оборона немцев все же была прорвана. Расчет немецкого командования на планомерный, быстрый и скрытный отход основных сил провалился.
