Однако это были не все сюрпризы, приготовленные немцами. Сапер склонился над миной, когда на покатом склоне глухо ухнуло. Дымный хвост потянулся к танку. В ту же секунду вражеская пуля ударила в тулью его фуражки. Скворцовский толкнул Ивана Погорельцева и с криком «Ложись!» бросился на дорогу. За вспышкой у башни танка последовал взрыв внутри, пламя объяло машину. Вячеслав смекнул, что немцы стреляют из нового противотанкового оружия под названием «Фаустпатрон». Второй выстрел из гранатомета угодил в гусеницу второго танка. Со склона ударил пулемет, раздались автоматные очереди. Скворцовский вскочил, рывком перебежал к грузовику с вином. Фонтанчики пулеметной очереди проследовали за ним. Пули продырявили брезент, выбили щепу из деревянного борта автомобиля, раздался звук разбитого стекла, на землю сквозь щели в полу кузова полилось вино. Растекаясь, оно окрашивало дорожную пыль в буро-красный цвет. Вячеслав выглянул из-за укрытия, выстрелил в ответ из трофейного автомата. Открыли ответный огонь и бойцы его взвода. Немцы боя не приняли и после короткой перестрелки, отстреливаясь, скрылись в горной лощинке. К горящему танку подъехал бронеавтомобиль головной походной заставы отряда, следовавшей в трех километрах за разведгруппой. Из машины выскочил капитан Новиков.
– Что тут у вас?!
Скворцовский подобрал с дороги продырявленную фуражку, надел на голову, посмотрел в сторону горы.
– На засаду нарвались. Немцы из фаустпатронов две машины подбили и ребят моих…
– Много их?
– Судя по открытому ими огню, не больше десятка.
– Значит, так, я здесь разберусь и с твоим взводом вперед пойду, а ты бери отделение своих разведчиков и уничтожь эту сволочь! Боюсь, что они могут вернуться снова, сделать засаду и напасть на идущие за нами колонны.
Скворцовский приложил руку к козырьку.
– Есть! – Отыскав глазами Погорельцева, крикнул: – Сержант! Отделение, за мной!
Разведчики стали быстро подниматься по склону туда, где недавно сидели в засаде немцы. Лежку обнаружили на уступе, который скрывали большие камни и кустарник. Отсюда противник вел огонь по разведчикам. Это было видно по стреляным гильзам и окуркам сигарет. Обстрел красноармейцев не прошел для нападавших безнаказанно. Свидетельством этого был убитый немец с неиспользованным фаустпатроном в руках, из-под тела которого расползалась кровавая лужа. Еще одно пятно крови в трех шагах от трупа обнаружил сержант Погорельцев.
– Товарищ лейтенант, похоже, у них раненый.
– Это хорошо, с раненым им уходить тяжелее будет. Давай к ложбинке, только осторожно. Эти сволочи могли прикрытие оставить.
Отряд из двенадцати бойцов и командира взвода Скворцовского втянулся в ложбинку, поросшую кустами и низкорослыми чахлыми деревцами. Вячеслав осторожно шел впереди, примечая каждую сломанную ветку, каждый сдвинутый с места камушек, каждую вмятину на траве. Эти приметы вели его по следу. Следу, отмеченному кровью. Редкие кровавые метки оставлял раненый солдат вермахта, которого немцы взяли с собой.
Преследование прекратилось спустя полчаса у хилого ручейка, змеившегося между камней, когда чуткий слух опытного разведчика уловил стон и тихие голоса. Они слышались из зарослей у крутого обрыва. Скворцовский знаками приказал группе разделиться. Пятеро бойцов во главе с Погорельцевым стали охватывать немцев справа, ещё пятеро слева, Вячеслав, выждав время, двинулся с остальными к обрыву. Скворцовский первым заметил одетого в камуфлированный костюм солдата вермахта. Он смотрел в ту сторону, откуда к месту привала немецкой группы подбирались бойцы сержанта Погорельцева. Подать сигнал об их приближении дозорный не успел. Очередь пронзила лежащего в кустарнике немца. В заросли полетели гранаты. Эхо разнесло по горам звуки выстрелов. Вскоре они затихли. На месте привала под обрывом остались лежать пятеро убитых и трое раненых немцев. Невредимым остался один, рядом с которым лежала снайперская винтовка. Скворцовский вспомнил про простреленную фуражку. Всего пара сантиметров отделяла его от верной смерти, которую послал ему этот немецкий солдат, но он промахнулся. Рука потянулась к трофейному вальтеру, но в этот миг рядом раздались частые выстрелы. Возможно, к немцам явилась помощь. Разведчики приготовились к бою. Выстрелы неожиданно прекратились. Звонкий голос из кустов крикнул:
– Эй, кто там?! Выходи!
Вячеслав, вглядываясь в заросли, ответил:
– Я лейтенант Красной армии Скворцовский, а вы кто?
– Мы крымские партизаны.
В кустах мелькнула черная кубанка, и вскоре перед Скворцовским стоял молодой сухощавый крымский татарин с немецким автоматом на груди. Парень протянул ладонь.
– Абдулла Селимов, командир группы разведчиков. Давно мы вас ждем. Думали, вы осенью прошлого года в Крым войдете, а вы до весны задержались. Ну ничего, главное, дождались! Как стрельба началась, командир велел нам проверить, что к чему. Мы к дороге шли, а тут опять стрельба, потом два немца нам навстречу выбежали, ну мы их и приговорили. Видать, от вас убежали.
– Выходит, так.
