Меня вдруг прошибает холодный пот, становится по-настоящему жутко, без малейшего азарта, обычно сопутствующего страху. Впрочем, это чувство для меня уже не новость, путешествия с Доктором не единожды его будили. Главное, это я хорошо знаю, ничего не показывать и не позволять страху победить разум. Скафандр задраен, системы жизнеобеспечения работают нормально, я жива, в сознании и могу передвигаться. Последнее — самое странное. Если правильно понимаю, что произошло, многомерная сущность ТАРДИС срезонировала с нашим защитным полем по самому плохому сценарию. Нет, даже по ещё более плохому — на «Протоне», как и на любом серьёзном корабле далеков, имеется темпоральная установка, и, в принципе, его тоже можно рассматривать как машину времени. Две одиннадцатимерные машины времени с эмуляцией трёхмерности столкнулись, срезонировали и пересеклись, вызвав мешанину в пространстве и аварию во времени. Мир застыл, как под темпоральным замком. Вопрос, почему на меня последнее не повлияло и смогу ли я сделать хоть шаг?
Практика показывает, что смогу. Испуг сперва оглушил любопытство, но сейчас оно просыпается, и я наконец подхожу к замершему лучу. Пытаюсь коснуться его пальцем, но не выходит — чем ближе рука к объекту, тем сильнее что-то пружинит, отталкивая, как однополярные стороны магнитов.
Стоп. Если мир замер, а я — нет, то, наверное, я смогу что-нибудь сделать для спасения ситуации. Думать, почему на меня не сработала всеобщая остановка времени, некогда. Я знаю, что определённый уровень аварий ТАРДИС может вызывать удар по всему пространственно-временному континууму, как это было в случае с Пандорикой, и ничего хорошего не выйдет, если это повторится. Доктор наверняка за это не ответственнен — он быстро бы разобрался и ни за что не сунулся к «Протону», не предупредив. Да и вообще, он в Доме Правительства, а синяя будка — в штабе миротворцев. Значит, за рулём его спутники, у которых не хватило знаний и соображения понять, что к чему. Варги-палки, зачем эта девчонка вообще полезла на поле боя?!
Так, не отвлекаться, а медленно продвигаться вперёд и внимательно смотреть. Что сделано, то сделано, надо подумать, как исправлять. Неизвестно, сколько времени этот участок реальности простоит в стазисе, мне надо как-то растащить два слившихся корабля, пока они не долбанули. Наше хроноустройство не такое мощное и опасное, как галлифрейское, оно действует немного по другим принципам, но если рванёт ТАРДИС, к нам придёт та самая земная полярная лисичка. Но как, как разъединить два одиннадцатимерных объекта?!
— Дальше лучше не ходи.
Вздрагиваю. Даже не успела понять, уловила ли незнакомый голос слуховыми рецепторами или напрямую мозгом, мужской он или женский. Одно верно — он абсолютно чуждый. Глубокий и совершенно нейтральный по высоте тембр, слишком правильный, чтобы воспроизводиться речевым аппаратом, слишком естественный, чтобы воспроизводиться машиной. Медленно оглядываюсь, но ни глаза, ни приборы ничего не замечают. Так, что с настройками зрительного фильтра? Проклятье, линзы барахлят. Как бы и система жизнеобеспечения в скафандре не отказала… Что ж, остаётся последний способ выяснения обстановки.
— Кто здесь, отвечать!
Тихий смех всё тем же мелодически нейтральным, глубоким голосом. Потом невидимый собеседник принимается насмешливо рассуждать:
— Ц-ц-ц, метишь в Доктора, попадаешь в далека. Ничего нового в вашем континууме. И как вы не сходите с ума от скуки?
— Ты знаешь Доктора?
— Кто ж его не знает.
Лучше бы не знали.
— С этим я соглашусь.
Опа, оно мои мысли читает! Блок…
— Не трудись, у тебя не хватит сил, маленький далек. Даже у Доктора не хватало.
— Что ты такое? Кто-то из Стражей? Отвечать! Отвечать! — вот теперь я близка к панике. Что мы вызвали этим крушением в пространстве и времени, какую силу разбудили?
Почти беззвучное хмыканье.
— Сила? Да, это более близкое определение, но всё же неточное.
Оно — кем бы это ни было — ещё и издевается. Что ж, в иронии ему не откажешь, хоть какой-то признак разумности. Быстро, соображать. Мешанина в пространстве, разлом во времени…
— Ты — хроновор?! — а руки сами по себе встают наизготовку. Зачем, не знаю — через скафандр разряд всё равно не пройдёт.
— Какие вы всё-таки умилительные существа, готовы весь континуум в пыль стереть, лишь бы потешить свой комплекс неполноценности, — это уже совсем оскорбительно, и обида пока сильнее страха. Хотя да, мне страшно, очень страшно. Ведь я совершенно безоружна, хуже того, мой разум беззащитен. Если это действительно хроновор, то он намного сильнее Шакри.
— Они дети, просто непослушные дети.
— Значит, я права, ты — Древний, хроновор. Как твоё имя?
— Называй «Хронос». Кажется, это имя ещё имеет смысл в вашей реальности.
Запрашиваю базу данных. Или древний бог Времени, или старший из хроноворов, по логике — второй, и, пожалуй, это даже хуже. Никогда не думала, что дрожь в коленках ощущается так унизительно. А бесплотный голос продолжает рассуждать сам по себе, словно я для него — предмет какой-то. Хоть бы проявился, разговаривать с воздухом совсем не по себе.
