Впрочем, ко мне так никто и не придрался. Видимо, сверху оружие не обнаружили, а остальное списали или на облучение, или на что-то ещё, или просто узнали и решили не связываться. Я ведь уже не такая неизвестность, как несколько дней назад — пришлось дать с десяток интервью для разных каналов галактических новостей и поработать языком на двух политических пресс-конференциях, так что моя симметричная физиономия засветилась на центральных каналах. От ток-шоу я пока отбрыкалась. Возможно, всё-таки придётся решиться хотя бы на одно подобное действо, надо поддерживать позитивный образ в умах обывателей. Масс-медиа — лучший способ обмануть планктон, если ими грамотно пользоваться. Вот только без Альфы я на ток-шоу не полезу, а то сваляю какого-нибудь дурака, и операция пойдёт насмарку.
Краем уха слышу, как Фратшах что-то объясняет про клуб и чем они тут занимаются, но я уже сильно больше занята отслеживанием присутствия Древних. Странно, но мой фильтр сейчас ничего не засекает, даже вокруг вельтрочни. Гм. Это что, вероятный противник понял, что мы его определили и опознали, и непрозрачно решил намекнуть об этом? Или я чего-то не догоняю? Эта мысль так сильно занимает мою голову, что я сама не замечаю, как оказываюсь за столиком, застеленным скатертью в красные квадратики. Ах, нет, это называется «в клетку». Поднимаю взгляд на Фратшаха, касаясь пальцами рисунка:
— В литературе читала, символ домашнего уюта?
Он лыбится во все свои клыки, опускаясь напротив:
— Именно. Ты, должно быть, ожидала, что внутри всё будет, как на корабле?
— Сперва, — соглашаюсь, ещё раз окидывая взглядом зал, в котором мы находимся. Кажется, он больше соответствует термину «ресторан», а не «кабак» — тут много свободного пространства, столики, даже эстрада с настоящими музыкантами. Вдоль стен устроено что-то вроде наполовину изолированных кабинок, одну из таких мы и заняли. Народ свободно перемещается, болтает, такое ощущение, что все знают или друг друга, или знакомы через вторых-третьих лиц. Обращаю внимание, что в зале не накурено. Наверное, для космонавтов это вообще не очень характерно — жечь кислород об отраву. Ну и не для всех годятся употребляемые для курения травы и химия, тут слишком много разных рас с разным обменом веществ. Кому-то удовольствие, а кому-то яд смертельный. Наверняка где-нибудь в клубе есть специальные курилки, ведь кто-нибудь точно страдает пороком, знаю я этих низших. Вот и замечательно, что всё это не прямо тут, а то мозг ещё отключится от никотина или какой-нибудь дряни позабористей, и что я под это дело натворю, даже ИВСМ не рассчитает. Как-то не хочется ни пьяного далека, вытанцовывающего вальсы на столе, ни горы трупов, перемешанной с руинами здания…
Кстати, странно. Почему-то мне не удаётся сосредоточиться на деталях. Мысль постоянно перескакивает, никак не может остановиться. Это надо обдумать, и быстро, но Фратшах словно чует и снова меня сбивает:
— Малый зал оформлен в корабельном духе, специально для дизадаптантов, уже не способных наслаждаться домашним уютом. Сегодня, кстати, должен быть неплохой концерт. Раз ты интересуешься культурой других рас, читаешь нашу литературу, то, возможно, и музыка тебе тоже интересна. А живое исполнение ничто не заменит. А теперь, чем старый звёздный волк может угостить молодую звёздную волчицу?
Ах, как тяжело было бы Дельте в этот момент! А мне даже задумываться над ответом не нужно.
— Мороженое, — говорю. — Фруктовое. Вот столько.
И показываю руками объём с миску среднего размера, чем вызываю у капитана невнятное бульканье, похожее на задавленный взрыв смеха. Пустяки. Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним и без последствий. Чем несерьёзней я произвожу впечатление, тем проще мне лгать и дальше. Что я там такое важное подметила и хотела обдумать?..
— Что ж все девчонки-то любят сладкое… А кроме мороженого?
Пожимаю плечом.
— Безразлично. Твоё усмотрение. Ты видел, мы есть вегетарианцы, остальное не есть важное.
Капитан невозмутимо подзывает официанта. Очень скоро передо мной оказывается огромная порция мороженого, увенчанный шапкой взбитых сливок безалкогольный коктейль и тарелка с фруктами, где среди всякой экзотики я не без удовольствия замечаю клубнику. Капитан ограничивается порцией какой-то немыслимой фигни, видимо, с родины, и высоким стаканом с люминисцентной зелёной жижей, от одного взгляда на которую у меня сводит желудок. Хорошо хоть, всё это не очень сильно пахнет. У меня и без того улыбочка такая, словно болят зубы, а тут вообще пришлось бы держать лицо ложноручками и ложноножками.
Именно официант с нашим заказом и позволяет мне наконец понять, отчего мысли скачут галопом. Эх, мороженое, клубника… Ладно, фомальгаутская дылда, подлизался. Если я тебя буду убивать, а не Альфа, пристрелю быстро, обещаю. Хотя не думай, что я не умею считать до трёх. Получи залп в спину:
