И это говорила та, в ком энергии кипело больше, чем в некоторых подростках. Миссис Грэшем поправила собранные в элегантную прическу волосы, в которых не было ни единого волоска.
– Но хорошо, что ты зашла. После твоего ухода я вдруг задумалась…
Меган насторожилась.
– И о чем же?
– Когда Эмили была в старшем классе, к нам перевели ученицу. Она переехала в Кенгьюбери вместе с матерью. Фиби… Фиби О’Догерти, кажется. Ребята ее сразу невзлюбили. Ее мать едва сводила концы с концами, и Фиби редко появлялась в новых вещах. Она была хорошенькой, но уж больно угрюмой и замкнутой. Видно было, что перемены потрясли ее – ей было некомфортно в новой школе. Училась неплохо, другим помогала не то, чтобы охотно, но… думаю, не хотела давать лишний повод для издевательств. Потому ее и не трогали – даже Эмили. Она просто не обращала на новенькую никакого внимания, словно бы смотрела сквозь нее. Признаться, я даже вздохнула с облегчением. Вся эта боль, что гнездилась внутри Эмили, не просто обозлила ее, но и научила обороняться. Она как маленький дикий зверек набрасывалась на тех, до кого могла дотянуться. А Фиби… она казалась слишком хрупкой, мне казалось, что травли она просто не выдержит.
Миссис Грэшем откашлялась, отпила чаю из кружки с потемневшим ободком. Поморщилась – вероятно, холодный, и поспешно отставила в сторону. Меган следила за ней с неослабевающим интересом, гадая, почему изгою Фиби миссис Грэшем отвела главную роль в своей истории.
– В какой-то момент одноклассники Фиби начали замечать, что у них пропадают вещи. Обычно всякие мелочи типа ручек или помады из косметички.
– И подозрения, разумеется, пали на нее.
Миссис Грэшем кивнула, вновь взглянула на остывший чай, словно надеясь, что он согрелся от одного ее присутствия. Однако пить не стала.
– Верно. На Фиби стали коситься, шептались за ее спиной – определенно, что-то замышляли. Потом, как я поняла, у Эмили, тогда еще Гринч, пропал медальон – не драгоценный, но, вероятно, весьма для нее дорогой.
– И что произошло?
Миссис Грэшем тяжко вздохнула.
– Эмили поймала Фиби за школой. Разумеется, всего этого я не видела… Говорили, что она действительно нашла в кармане Фиби пропавший медальон. Правда это или нет, я не знаю. Знаю только, что Фиби досталось. Эмили пришла в ярость – бешеную, неконтролируемую. Как… берсерк.
Меган вздрогнула. Пальцы скользнули по брюкам, царапнув их, сжались в кулак. Усилием воли она их разжала. К счастью, старая учительница ничего не заметила.
– Потом ученики говорили, что им пришлось силой оттаскивать Эмили – она едва не забила Фиби до смерти. Сломала несколько ребер и запястье, живот был весь в синяках… Фиби бросила школу и, едва выйдя из больницы, уехала в другой город, к каким-то дальним родственникам. Я долго ничего не слышала о ней. Ее мать осталась здесь, но со мной не здоровалась. Всякий раз при виде любого из учителей поджимала губы и отворачивалась. Уверена, она винила нас в том, что случилось с ее дочерью. И, знаешь, отчасти она права.
Меган молчала, пытаясь переварить сказанное. С трудом верилось, что миссис Махоуни – филантроп, вежливая и элегантная женщина, которой жители Кенгьюбери привыкли ее видеть, в детстве была такой – агрессивной, жестокой, злобной.
Миссис Грэшем спохватилась:
– Так к чему я тебе это все рассказывала! Она – Фиби то есть – вернулась полтора года назад. Я сразу поняла, что дела у нее не задались. А потом еще и оказалось, что ее мать болеет. Я не любитель собирать слухи, но ты прекрасно знаешь, как быстро они разносятся. Даже в таком городе, как наш. В общем, я была на презентации новой книги Эмили – та сама меня пригласила в нашу последнюю встречу. Была там и мисс Лерфи – может, помнишь ее, она недолго у нас преподавала. Жуткая сплетница! Села рядом со мной и всю презентацию не закрывала рта! Я человек тактичный, не могу я велеть человеку замолчать… Вот и пришлось одним ухом слушать Эмили, а другой – сплетни мисс Лерфи. Она и рассказала мне про некрасивый скандал с Фиби. Дескать, та, сильно выпившая, заявилась в дом Эмили и начала обвинять в ее том, что поломала ей жизнь. – Миссис Грэшем, вздыхая, покачала головой. – Муж Эмили выставил Фиби за порог. И когда ты сказала мне, что Эмили убили… я подумала…
– Что это могла сделать Фиби? – закончила Меган. Задумалась. – Да, несомненно, у нее был веский повод злиться на Эмили, но убить… В любом случае, спасибо, что рассказали. Вы не знаете ее адреса?
– Знаю, как же не знать, когда она живет в нескольких домах от моего дома.
Меган поблагодарила бывшую учительницу и направилась по указанному ею адресу.
Дверь открыла потрепанная жизнью брюнетка с большими серыми глазами, с какой-то детской обидой глядящими на мир. Ключицы выпирали, ноги, обтянутые выцветшими шортами, походили на спички – того и гляди, переломятся пополам. Похоже, Фиби (если, конечно, это была именно она), страдала анорексией. Или ей просто редко перепадала возможность нормально поесть.
По-детски тонкая шейка пришла в движение – хозяйка дома сглотнула при взгляде на нашивку на ее плаще.