Портрет лива в Старой Риге полностью

Л о н и я. Я даже вздрогнула… Нет, там кто-то есть. Смотри.

Д е д у ш к а (отворяет дверь). Кто там? Входи. Ах ты…

Входит  Д и д з и с.

Что, уроков не задали, раз у тебя столько времени на проводы?

Л о н и я. Пойдем к столу.

Д е д у ш к а. Я еще только взгляну на машину Валдиса. (Уходит.)

Д и д з и с. Возьми. (Протягивает Лонии пятирублевку.)

Л о н и я. Он тебе отдал? Этого я не ожидала, скажу тебе… Зачем ты мне отдаешь, отнеси завтра в школу и… Возьми. (Кладет деньги на стол.) Ох, сынок, сердце болит за тебя. И как ты мог… Я понимаю, что тебе нелегко было идти к ним и требовать деньги назад, но больше тебе такое не придет в голову, правда? Дидзи!

Д и д з и с. Мама, но…

Л о н и я. Ну?

Д и д з и с. Как ты могла так сразу утверждать, что он украл альбом? На каком основании?

Л о н и я. Видишь ли, сынок, если б ты дольше жил на свете и сталкивался с разными людьми, ты тоже сразу бы понял… Теперь пообещай, что в подобных случаях прежде всего спросишь совета у меня, ладно? У меня, у Валдиса, у дедушки…

На веранду возвращается  д е д у ш к а.

Д е д у ш к а. Тень мелькнула, а показалось, будто кто стоит за кустом смородины у колодца… А может, и стоял да убежал. После ужина ввинчу двухсотваттную лампочку над дверьми, во дворе станет светло, как днем. Поговорили?

Л о н и я. Да, отец.

Д е д у ш к а. Тройки эти, сынок, не честь и не радость, в девятом классе пора понять… Учиться — это твоя единственная задача, о другом думать не приходится; твоя мать на звероферме зарабатывает больше, чем иной профессор, дядя Валдис ездит без аварий и получает премии, я на свое садоводство тоже не жалуюсь… Летом ты поработал в колхозе, и хорошо поработал, бригадир похвалил, а теперь мы от тебя ничего не требуем, мы освобождаем тебя от всего и говорим — учись, сын! Учись! Разве не так?

Д и д з и с. Ну, так.

Д е д у ш к а. А ты приносишь тройки… Как ты сам это объяснишь? Ну?

Л о н и я. Ладно, отец… Валдиса нет, придется садиться за стол без него.

Д е д у ш к а. Подождем немного, он обещал скоро вернуться… Я в твоем возрасте батраком нанялся к хозяину, думаешь, меня жалел кто-нибудь? Всю черную работу делал: пахал, косил, никакой механизации не было, все вручную… Школа да учение разве что снились, куда там, семеро детей у бедняка в семье… Знал бы ты, как все здесь раньше выглядело. Зимними вечерами сидели у коптилки, и каждый что-то мастерил…

Д и д з и с. Раньше было плохо, а теперь стало хорошо. Я знаю, дедушка. В школе проходили.

Д е д у ш к а. Мало вас учат. Мало. День-деньской вам надо твердить, как было раньше и как жилось в Даугавской части нашей волости. Книги надо об этом писать, снова и снова… Тогда бы не стало этих троек. И молодежь поняла бы.

Л о н и я. Они и так понимают.

Д е д у ш к а. Не вижу. Бегают по асфальту и вовсе не задумываются о том, как мы каждую осень в грязи увязали. Вот увешать бы школьные стены фотографиями этих старых дорог.

Д и д з и с. У меня другое мнение.

Д е д у ш к а. Я это чувствую. И какое?

Д и д з и с. Мне кажется, на стены надо бы повесить эскизы — как все выглядело бы, если б тут начали строить современные здания.

Д е д у ш к а. Ах вот как?

Д и д з и с. Не только осточертевшие белые ящики из кирпича, одинаковые как…

Д е д у ш к а. Ящики, подумать только…

Д и д з и с. Осточертевшие и противные.

Д е д у ш к а. Если хочешь знать, я бы не медля поселился в таком ящике, сию минуту.

Д и д з и с. Кто тебе мешает?

Л о н и я. Дидзи, как ты разговариваешь с дедушкой!

Д и д з и с. Прошу прощения.

Д е д у ш к а. Ванная и газ — разве мы раньше в Латвии могли об этом мечтать, в деревне, да еще в квартире простого человека? Крестьянина!

Д и д з и с. Знаю, но…

Д е д у ш к а. Нет, ему все плохо, для него это ящик… Поди-ка ты, ящик… И только оттого, что не с чем сравнить. Нет ясного представления о том, что было раньше.

Д и д з и с. А разве не нужно сравнивать с тем, что будет впереди? Почему я непременно должен смотреть только назад?

Д е д у ш к а. Умен ты у нас, сын, умен… Не будь этих троек…

Д и д з и с. Это называется недозволенным приемом, дедушка.

Д е д у ш к а. Что именно?

Д и д з и с. Удар ниже пояса.

Л о н и я. Отец, куда Валдис ушел, он тебе не сказал?

Д е д у ш к а. Нет.

Л о н и я. Странно.

Д е д у ш к а. Пока дожидаемся, пойду лучше вкручу лампу. (Уходит в коридор.)

Л о н и я. Не дразни его.

Д и д з и с. Вечный разговор, что было раньше.

Л о н и я. Пусть говорит, трудно тебе, что ли, выслушать? Да ведь и прав он.

Д и д з и с. Только отчасти.

Л о н и я. Что это за тройки?

Д и д з и с. Эти? По предметам, которые мне в последнее время стали совершенно безразличны.

Л о н и я. Дидзи, мы договорились, что…

Д и д з и с. По географии у меня одни пятерки, другой отметки ты не видела и, надеюсь, не увидишь. И по физике и по химии. И по немецкому, за некоторыми исключениями.

Л о н и я. Да, но в жизни не всегда приходится делать только то, что нравится.

Д и д з и с. Почему?