В голове шумело с недосыпу. Его притащил сюда Ланс, который, как оказалось, зачастую засиживался здесь, беседуя с профессором. Сказал, что Энди задыхается, и потащил за рукав к двери – даже сумку не дал взять, пришлось возвращаться с полпути.
Хорошо, что лёгкие приступы можно остановить в таких кустарных условиях. Сейчас старый последователь сидел, грел ноги в тазике с горячей водой и глазел на Джима через вновь надетые очки.
– Дышать как я сказал, вдох через нос – выдох через неплотно сжатые губы. Ноги как вынешь – тут же вытирай насухо и в носки. – Джим поднялся и подхватил сумку. – Будем тебе делать ингаляции с эвкалиптовым маслом, оно где-то оставалось. Два-три раза в неделю. Здесь желательно влажная уборка, удалить остатки шерсти. И не носить больше трёх книг за раз.
– Я прослежу! – выпалил молчащий до этого Ланс, и Энди величественно кивнул.
– Он проследит. Крайне ответственный молодой человек, такая редкость.
– В таком случае, я не буду контролировать выполнение предписаний.
Джим искренне попытался улыбнуться, но лицевые мышцы не слушались. Отвыкли.
Кивнув на прощанье снова принявшимся разговаривать последователям, он покинул их уютное гнёздышко.
А к себе идти не хотелось.
Боги, как не хотелось идти к себе…
Хоть возвращайся в гостиную, к лабораторному столу, да Джим себя в таком состоянии туда и на пять метров не подпустил бы. Опрокинет что-нибудь и смешает гремучую ртуть совершенно случайно, на своём же ботинке.
Поэтому выбора особенно не оставалось. На первый этаж – и к себе. Открыть скрипучую дверь, рефлекторно дёрнуть рычажок выключателя, зажмуриться от вспыхнувшего света…
Мозг не сразу идентифицировал человека, лежащего на кровати, как человека. Сначала Джим вообще решил, что показалось, но даже после того, как он зажмурился и с силой помотал головой, ничего не изменилось.
После секундного раздумья, последователь нерешительно ущипнул себя за запястье.
Не сон
Больно
Не может быть не верю сон не сон что же это голограмма Кукловода
– Арс… сень? – Голос отказывался слушаться. Джим сделал несколько шагов к кровати, ощущая, что вот-вот рухнет. Подпольщик спал, раскинувшись поверх покрывала, одна рука свешивалась с края кровати. Свет его не разбудил.
Галлюцинации
Проекция
Всё…
– Арс… Арсень…
Ещё два шага. Он не выдерживает, опускается на колени у кровати. Воздуха не хватает. Джим медленно тянет руку к запястью подпольщика.
Галлюцинации не сразу перерастают в настолько качественные, чтобы на первом же этапе подменять собой ещё и тактильные ощущения.
страшно
Горло перехватило. Джим закрыл глаза, перебарывая малодушное желание не трогать. Потому что если это галлюцинация и он в этом сейчас убедится…
Пальцы, дрогнув, нащупали под собой кожу. Тёплую. Рука задрожала, скользнув вниз, ощупала шершавую ладонь. Сжалась.
– Арсень… А…
Судорожно выдохнув, Джим прижался щекой к тёплой руке. Зажмурился.
– Живой… Арсень…
Его руку сжали в ответ. Сильно, почти до боли. Скрипнула кровать, слегка зашуршало покрывало.
– Тише, док, я это, я, – заверил хриплый спросонья голос. Вторая рука обхватила поперёк спины. – Всё хорошо, Джим, всё в порядке, слышишь? Я тут задрых без тебя, не дождался… Давай-ка поднимайся. На полу холодно, ты сам говорил, сидеть нельзя.
– Ар… Арсень…
Джима затрясло. Он покорился обхватившим его рукам, кое-как поднялся и сел на кровать. Открывать глаза всё ещё было страшно. Он только протянул руки, нашёл ладонями голову подпольщика и принялся осторожно ощупывать.
Уже почти смирился со смертью. Не ждал. Ничего не ждал.
Арсень
Резко прекратив обшаривать Арсеня руками, Джим прижал его к себе и уткнулся в шею.
Запах узнаю
Тёплый какой
Арсень
Пальцы сами собой вцепились в подпольщика – как будто отбирают, ткань под лицом намокла, а Джим всё сидел, покачиваясь и не в силах замолчать.
– Ар… Арсень… – голос не слушался, хрипел, срывался, – Арсень… это ты… ты тут, живой…
– Живой, почти здоровый и даже накормленный корнишонами, – успокаивающе, в полголоса, щекоткой над ухом. Крепко стиснувшие руки, одна ладонью поглаживает по спине. – Всё хорошо, док. Всё просто зашибись, это я тебе говорю. Всё замечательно...
– Живой… – Джим толкнулся лбом в его шею и наконец-то открыл глаза.
Где подпольщик был всё это время?
Что случилось?
Какая разница. Главное, что сейчас он здесь.
Руки в обход сознания загребли Арсеня и сжали в объятиях со всей силы.
– Ну, по крайней мере с выбором комнаты для ночёвки я не ошибся, – хмыкнул подпольщик над его ухом. – Джим, я чертовски по вам всем соскучился.
– Мы тоже времени не теряли. Каждый скучал, как мог. – Совершенно провальная попытка пошутить. Ещё и голос дрожит. Но сейчас Джиму очень, очень не хотелось, чтоб Арсень понял, в каком он состоянии.
Нечего портить встречу.
– Ничего, я теперь никуда не денусь, – Арсень ткнулся носом в его волосы и ещё сильней стиснул последователя в объятиях. – Кукловоду я больше не нужен… зато нужен вам. Вот и отлично, прямо то, о чём я мечтал… Вот же… ты, поди, спать хочешь, а я тут тебя со своим бормотанием, а?
