– Леонард, что ли? – Арсений вылез и заблокировал люк пультом обратно.
Райан не ответил, и только тут до Пера дошло: у хвостатого на коленях разлёгся Табурет. Котяра тихо мурчал – за гудом мониторов не сразу расслышишь, – и сжимал-разжимал лапы.
– Чего столбом замер, Перо? У тебя на сегодня работа есть.
– Это точно, – Арсений тихонько хмыкнул, но милостиво решил не тратить и без того нещадно разбазариваемые Форсом нервные клетки.
Особняк после вчерашнего как вымер. Обитатели, скорей всего, решили устроить себе выходной.
У дверей кухни только толклась парочка полусонных подпольщиков. Один спросил у Арсения, не видел ли он Дженни, а то время к девяти, а на кухне ни её, ни завтрака. Пришлось ответить, что она приболела и вряд ли сегодня появится.
Праздник любви.
После пробежки и наскоро зажёванной вчерашней пшёнки (к десяти на кухне воцарился Джим-подпольщик, который не обратил на него внимания, колдуя над исходящими паром кастрюлями) он даже решил, что вчерашний разрыв обойдётся ему малой кровью – достаточно просто проходить испытания и не думать, сосредоточиться на работе. Так было вплоть до библиотеки, где Арсений после девяти испытаний всё же нашёл за книгами хитро припрятанную небольшую, где-то тридцать на двадцать сантиметров, коробку, запечатанную скотчем. На картонном боку изящным почерком Фолла было выведено «для Пера».
– Хвала потолку, – выдохнул Арсений, прижимая коробочку к себе. Быстро вспорол скотч ножом, лезвием же откинул картонные створки. Шесть продолговатых цветных упаковок с лекарствами и на дне то ли журналы, то ли тонкие книжки-брошюрки, несколько штук. Поверх ещё сложенный вчетверо обычный распечатанный лист. Арсений просмотрел мельком – список лекарств и куча непонятных слов об их фармакологическом действии. Не став даже пробовать вникать во всю эту медицинскую тарабарщину, Арсений вернул лист в коробку и отправился прямиком на первый этаж, стараясь не думать о Файрвуде. В гостиной его не оказалось. В своей комнате – тоже. У дверей комнаты Джека Арсений остановился.
Поблагодарить Джона, когда вернётся. Ну и что, что маньяк.
Ладно. Это быстро.
Джим обустроился неплохо: уже притащил в комнату брата кучу литературы и теперь сидел на кровати, несколько потеснив больного. Читал.
Джек сопел. Ему явно было не очень удобно, но терпел почему-то. На приход Арсения отреагировал с энтузиазмом, заворочался, и даже предпринял слабую попытку оттеснить брата с завоёванной позиции. Неудачно.
Джим только поднял голову. Кивнул.
– Обещанное, – Арсений поставил коробку на стул рядом с доком, стараясь не пересекаться с ним взглядом. Джим, прищурившись, притянул коробку к себе.
– Чего там у вас опять? – Джек приподнялся на локте. – И Перо, блин, сколько дрыхнуть можно, а?
– Щас пойдём ходить, – заверил его Арсений, садясь на край кровати. Крыс тут же привычно уцепился за его плечо. – Джим, может, подвинешься? А то спихнём всю твою литературу.
– Спихивай, там нет ничего полезного. – Джим уже вперился взглядом в полученные брошюрки. – А вот это замечательно… Да, пожалуй… теперь мне не забыть поблагодарить… Арсень, у тебя шприцы остались?
– Всё в тумбочке, – нейтральным тоном, одновременно проверяя, не собрался ли Джек покорять просторы комнаты без носков. Оказалось, зря волновался – крыс его явно ждал и успел подготовиться. – Крайняя коробка справа, там оставшиеся ампулы, шприцы, бутылёк спирта и вата.
– Какие ещё шприцы, а? – Джек сел, нашарил ногами тапки и пихнул Арсения в бок. – Давай уже…
Арсений поднырнул под его руку и рывком поднял с кровати. С одеяла посыпались Джимовы книжки.
– Ну что… полезное что есть? – поинтересовался у Джима, когда они медленно поковыляли к противоположному концу комнаты.
А хорошо что спиной
– Есть, – отозвался с запозданием, – но я… в общем, пойду к себе, изучу в тишине и покое. Не вернусь через полчаса – вколешь B6.
Шуршание – встаёт, берёт сумку, запихивает туда коробку.
– Есть, товарищ начальник, – сквозь зубы рапортует Арсений.
– Ага, вали… – пыхтит Джек, откуда-то из-под его руки,– в смысле… отдохни. А то опух поди тут со мной сидеть…
– Дыхалку не трать, – советует ему Арсений, слушая шаги Джима к двери. Док прикрывает за собой дверь – от сквозняка. Теперь можно спокойно выгуливать Джека по комнате, не опасаясь напороться на продирающий до костей тёмный взгляд Файрвуда-старшего.
– Давай так: я к тебе через каждый час буду заходить, – Арсений позволил себе упасть на стул и перевести дух. После получаса упражнений, переодевания (за вещами в отсутствие Дженни пришлось идти самому, а потом ещё стирать прежние, на завтра) и вкалывания витамина хотелось хоть пять минут посидеть спокойно.
– Каждый час… – Джек завалился обратно на подушку. – Блин. Ну ладно, чего там, иди.
– Ага, через пять минут. – Арсений подул на лезущие в глаза пряди и принялся обмахиваться одним из джимовых журналов.
– А ведь знаешь, у слепого только и дел – сидеть и думать. Ничего больше делать нельзя.
– Ну почему… Если что, можно будет научить тебя играть на каком-нибудь инструменте. Там же видеть не особо надо, – предложил Арсений.
