– Да, собачьим мясом его угощали старые женщины. А почтение к старшим было одним из краеугольных камней тогдашней культуры. Кухулин просто не мог отказаться от угощения.
– Влип из-за еды… Да уж.
– Там были и куда более… странные гейсы, – кивнула Исами.
– Ладно, собака с ним, с этим героем… Друид из крипты говорил, на меня наложен гейс стремления к свободе. Выходит, если я его нарушу, тоже застряну в Сиде?
– Не знаю, Арсений… – С верхнего яруса спрыгнул Табурет, начал ходить между ними, тарахтеть и по очереди тереться об ноги двух Перьев, и это на несколько секунд отвлекло Исами. – Если понимать гейс широко, как некий очень важный зарок, данный самому себе или другому… или же наложенный на тебя кем-то, кто обладал зачатками дара, то гейсы, в том числе и нарушенные, есть у каждого из нас.
– Значит, нам отсюда не выйти, – констатировал Перо.
– Возможно, есть способ разрушить старые гейсы, – Исами коснулась оплавленного края свечи тонким пальцем. Арсений даже сквозь усталость и тоску отметил, как красиво дрожат свечные блики в её тёмных глазах, как они скользят по забранным в причёску тяжёлым волосам. – Если призраки зовут тебя к себе, значит, видят пути, по которым ты сможешь освободить их от цепей.
– И что, мне… идти?
– Да, – просто ответила Тэн. – Может быть, если отпустить призраков, тень над этим домом исчезнет.
Видела бы ты сколько здесь этих призраков
Хотя может и видела.
– Тогда на днях уйду в Сид. Только предупредить… – Арсений замолк, наткнувшись на новую мысль – предупреждать некого. Разве что сказать Джиму, что не сможет сидеть с Джеком пару дней.
Он вздохнул, позволил себе на несколько секунд закрыть глаза – последняя передышка перед работой. Затем поднялся.
– Я здесь пройду пару испытаний, не помешаю?
– Если что-то нужно, я могу помочь, – Тэн подняла с пола Табурета, вздумавшего сунуть морду к кактусу-ловушке, и усадила кота на кровать. Арсений уже был у двери, вытягивал лист из кармашка.
– Угу, Райану на ночь глядя срочно потребовалась кислота.
– Он что-то опять собирает?
Оглянувшись, Арсений успел увидеть промелькнувшую во взгляде Тэн тревогу.
– Судя по списку предметов, которые я искал, он собирает маленького противотанкового ежа.
А точно. Положит его на чердаке, на входе. И тогда туда смогу пройти только я, через люк в полу, бу-ха-ха…
Хотя нет. Ещё – Леонард.
Однако Тэн, судя по всему, было не до шуток.
– Поищи, кислота, кажется, была в нижнем ящике комода, – она забрала у него из руки список поисковых предметов. – А Райана я навещу сегодня. Он… никогда ещё не был настолько осторожен, чтобы скрывать свои действия даже от меня. Если это случилось, боюсь, причина серьёзная.
Арсений носился по внутреннему двору. Сильно потеплело, даже моросящий дождь казался тёплым. Он мерцал в ночном влажном воздухе, преломляя падающий из окон тёплый свет. Мокро блестели ветки деревьев и мраморный бортик фонтана, свет лёгкими, полупрозрачными бликами очерчивал завитушки перил у крыльца, тонкие ветки растущих у стен кустарников.
Перо старался измотаться, чтобы после прийти, вымыться, заскочить пожелать Джеку спокойной ночи, потом пойти в спальню, заблокировать дверь пультом и завалиться спать. Только вот отчего-то измотаться никак не получалось, поэтому он битый час нарезал круги по двору. Иногда останавливался, запрокидывал голову к небу – ощутить как щекотно лица касается дождь.
Во двор, постоять под навесом, то и дело выходили парочки или одиночки – некоторые курили, другие просто ёжились, глядя на дождь. Арсений всё боялся увидеть Файрвуда.
Когда он бросил бегать, окна жилых комнат уже начинали одно за другим гаснуть. Последним на фасадной стороне особняка погасло окошко комнаты Дженни, и Арсений подумал, что завтра надо бы зайти к ней, проведать и спросить, как дела с задуманным ею поиском предметов.
На крыльце отирался очередной любитель свежего воздуха. Арсений поднялся под навес, распустил и отжал волосы.
Отросли. То ли хвост вырастить, как у Райана? Буду бесить его наличием своего собственного шикарного хвоста.
– А я тут жду, когда ты носиться перестанешь, – знакомый голос. Тёмный силуэт на крыльце одёрнул воротник куртки.
Только юных воздыхателей мне на ночь глядя не хватало.
– А, ты, что ль, – выдал Арсений, теряя всякий интерес. Собрав волосы обратно в хвост, отжал капюшон толстовки и вознамерился зайти в дом.
– Подожди. – Чужая рука легла чуть выше его руки, придержав дверь. – Я хочу сказать… Это… То, что случилось между тобой и Файрвудом… Если я могу как-то помочь…
Арсений, даже не глядя, всей поверхностью кожи ощущал охаживающий взгляд Майкла. Да и голос – тёплый, чуть дрожащий – как эта дождливая почти весенняя ночь.
Нихера тебе нет дела, что там между нами случилось… Хоть бы не врал, что ли. Да ещё так бездарно
– Трахаться припёрло, а, мальчик-зайчик? – осведомился насмешливо.
– А что? – с почти отчаянной наглостью.
– Ну так ты не по адресу, – Арсений пожал плечами. – У меня из-за предвесеннего авитаминоза жуткая депрессуха и нестоячка. Видал, даже с Файрвудом из-за этого расстались. Короче, всё, отойди от двери.
