Мы прошлись к передней части дома и устроились на ступеньках крыльца. Я достала мобильный – Ханна должна быть здесь. Ещё пять минут, и я позвоню ей и спрошу, всё ли в порядке.
Саймон сидел близко, настолько, что я чувствовала тепло бледных рук, покрытых светлыми тонкими волосками. И эти длинные пальцы со странной синевой…
Почему я рассматриваю его пальцы?
Улыбка не сошла с его лица. А ещё он приятно пах – масляные краски и странный намёк на пряный одеколон.
- И какие у вас планы на вечер? – голос его звучал тепло и дружелюбно.
- Кино.
- А оно есть в городе?
- Да, - кивнула я. – Мы городок маленький, но с кинотеатром.
- Слава Богу! А сколько экранов?
- Один.
Он рассмеялся, и мне понравился звуку его смеха.
- А если отбросить шутки?
- Кино построили в 1919 году. На то время он был большим.
- Круто. И что там?
Я пожала плечами. Понятия не имею, да и это не имело значения. Просто так мы проводили субботние вечера.
- Ну, внизу, в Брэйнерде, тоже есть кино, для разнообразия.
- Не знаю, - медленно промолвил он. – Мне кажется, этим летом я скучать не буду.
Я услышала хруст гравия – Ханна на дороге, - и встала.
- Она пришла.
Он тоже встал и присвистнул, когда старый Лексус Ханны припарковался у гаража.
- Крутые колёса.
- Спасибо за компанию, - я кивнула ему и села в машину. Он откинулся на крыльцо.
Ханна весело мне улыбнулась.
- Что за красавец?
Я покраснела.
- Бетти и Рон взяли арендаторов в этом году.
- Этого парня?
- Да, и его маму.
- А имя у него есть?
- Саймон.
- Саймон, - она словно пробовала его на вкус. – Саймон-арендатор.
- Саймон-арендатор, - повторила я.
- Он милый.
Я пожала плечами.
- Милый.
- О, девочка, у тебя будет весёлое лето! – для Ханны всё весёлое. Трикси была такой же. Я же – реалистка.
- Да. И вправду, у меня будет куча времени на Саймона-арендатора с моими двумя работами.
- Не загадывай.
Может быть. Саймон милый, дружелюбный и, что самое главное, не местный.
Он не знает о бедной Люси, девушке, что потеряла свою лучшую подругу.
- Знаешь что? Моя мама в этом году планирует книжное турне, и знаешь, куда мы едем? Техас! – она завизжала. – А что будет, если я встречу Тони Ромо?
Я закатила глаза. Мама Ханны, Мадлен Миллс, написала двадцать шесть бестселлеров – исторические вестерны. Двадцать шесть. Она продала их огромное количество, в основном благодаря обложкам с обнажёнными ковбоями и женщинами с вываливающейся их платья грудью.
Грудь Ханы точно так же вываливалась из рубашки. Она натянула розовую ковбойскую шляпу, натянула её низко на лоб и подогнула борт, надела джинсовую мини-юбку, любимые коричневые замшевые ботинки – она могла носить их даже в спортзале!
- Разве следовало одеваться как на родео? – спросила я.
Ханна рассмеялась, миновав знак остановки на центральной улице. Её папа соревновался на родео несколько лет, и Ханна об этом очень много знала. Маловероятно, впрочем, что Миннесота – это дом десятков родео, но она пыталась меня оттащить туда почти каждый день.
- Да! Но, кажется, тебе надо было натянуть кроличьи уши. Как называется твой наряд? Шик корзины для белья?
Я рассмеялась.
- В точку. Откуда узнала?
- О, Люси… Слишком длинная юбка. Боже, девочка, покажи ты наконец-то свои ноги! Что хорошего в спортивном теле, если его скрывать.
Моё тело совсем не такое спортивное, как прежде. После смерти Трикси я ушла из гимнастики. Не то чтобы у нас на неё были деньги, не когда Клей звонит домой и требует их постоянно.
Ханна повела Лексус к стоянке через дорогу от театра и подалась вперёд, чтобы присмотреть хорошее место.
- Кстати, - промолвила она. – Помнишь Дастина, из партии Карела? Он нас тут ждёт.
- Отлично, - я потянула зеркало вниз и поправила локон. – Повеселитесь.
- О, Люси, ты тоже! – она открыла дверь и выскочила из авто.
Это был долгий день, я устала и почти на все сто процентов была уверена, что когда следом за Ханой перейду дорогу, Бен будет там. Достаточно легко притворяться, что я не замечала его в школе. Ведь у нас разные графики… Но по выходным его трудно не встретить.
Но это не просто Бен.
Он будет с Даной, своей подружкой.
Типичная субботняя ночь на озере Хальчион.
6 · Бен
Я оказался на стоянке у нашей "огненной" – пожарной, собственно, - башни прежде, чем понял, куда иду.
Тут было пусто – не то чтобы здесь вообще по ночам было много машин. Но на этот раз ещё меньше.
У меня теперь есть своё место.
Я вытянул на заднее сидение свои походные ботинки. На них хорошо было взбираться по холму к башне, но он всё равно оставался крутым, поэтому я тяжело дышал, когда добрался туда.
Дерьмо, опять надо готовиться.
Башня высилась над деревьями и протыкала чернильно-голубое небо. Я поднимался, сжимая поручни, и башня словно качалась на ветру. О, нет, это не дар истории.
Просто длинная дорога.
Я добрался до вершины и встал у перил, смотрел на дорогу, деревья и озёра, понимая, что один здесь никогда не был.
Тут тихо и спокойно, но не внутри. Я забыл, как жить без кольца вины на своей шее.
На похоронах Трикси я встретил сотни людей, что пришли в церковь со своими добрыми словами. Я лишь кивал и миллион раз сказал "спасибо".
