Вот как это происходит. Я пытался послать Дану ко всем чертям, потом мы спорили, расходились со всеми, кто попадался под руку, потом наматывали бесконечные круги по всему нашему чёртову крохотному, махонькому ненавистному городку…
Потом развлекались в моей машине.
И я ничего не чувствовал. Пустота. Именно это мне нравилось больше всего.
Дана была не первой. Сначала существовала Анна. Анна положила руку на мою ладонь, откинула голову и прошептала что-то своим низким голосом в первый день после смерти Трикси. Она поймала меня в читальном зале в первый день в школе, сказала, что ей жаль, что Трикси была замечательным другом, и мы все будем так сильно по ней скучать…
Она говорила имя моей сестры так много, что мне хотелось свернуть ей шею.
Анна с Трикси не дружила.
Потом её голос стал ещё тише, и она сказала:
- Я о тебе беспокоюсь. Хочу убедиться, что всё в порядке.
Анна была несколько месяцев. Потом Джесс. Теперь Дана. Всё по кругу.
Как легко трахаться, когда девки тебя жалеют…
7 · Люси
Когда я вернулась домой из кино, мама сидела на кухне с чашкой чая. Она посмотрела на часы над плитой и вздохнула.
- Ты опоздала. Уже после полуночи.
- Да, - пробормотала я, но не сказала, что в полночь была уже здесь, но вынуждена была слушать болтовню Ханны о Дастине, схожести в музыкальных вкусах и о том, что хоть он и немного тупой, она б с радостью выскочила за него замуж.
- Я рада, что вы так сблизились с Ханной, - промолвила мама, плотно сжимая губы, - но это не означает, что можно нарушать комендантский час.
- Я не хотела, - я повернулась, взяла стакан из шкафа и шагнула к крану. – Я пыталась.
- Пытайся лучше, сладкая. Мы о тебе беспокоимся.
Я кивнула. Я знала, что им тоже было тяжело – особенно смотреть, как с потерей дочери справлялись родители Трикси.
- Тебе было весело? Ты пропустила замечательный ужин со Стэнфордами.
Я удивлённо замерла со стаканом в руке, так и не выключив воду.
- Вы пригласили их на ужин домой? – она обычно на работе вечером субботы…
- Для Бетти и Рона было важно, как я приму людей, что проживут тут всё лето. Только представь, как трудно оставить на чужого человека дом, даже если Шэй – подруга племянницы Бетти.
Я шагнула к раковине, набрала воды, пока мама рассказывала о Бетти, Роне, о том, как их собака Оскар положила Саймону голову на колени.
- Саймон просто очарователен, - мама встала из-за стола, помыла свою чашку и поставила её на место. – И ты его заинтересовала, Люси. Он много спрашивал, - она улыбнулась и потянула меня за выбившуюся прядь.
Прежде чем она что-то ещё спросит, я поверилась и поправила полотенце.
- Пора в кровать. Не ложись слишком поздно, хорошо, Люси?
Она ушла наверх, а я осталась на кухне, наедине со своей водой.
Мой телефон гудел – Ханна всегда писала, когда возвращалась домой, так я могла узнать, что всё в порядке. Но номер оказался незнакомым.
"Прости, что так поздно. Это Саймон. Надеюсь, ты не против – твоя мама дала мне номер. Не могу дождаться лета на твоём прекрасном озере".
Насколько я была не рада, что мама полагала, будто может так легко раздавать мой номер, так же радовалась, перечитывая текст вновь и вновь. Думала, что отписать. Я в этом не разбираюсь. Вот Трикси знала, что сказать, и Ханна тоже… А я всегда была слишком застенчивой и сто раз подумала бы, прежде чем что-то сделать.
Мои пальцы заскользили над экраном. "Увидимся скоро", что-то типа этого.
Может быть, лето окажется не таким уж и отвратительным.
8 · Бен
Я тяну Дану за собой, и она выдаёт:
- Я люблю тебя, Бен.
Я говорил ей пару раз о любви, но слова были пустыми и ирреальными. Сегодня не смог заставить себя сказать это – просто довёл до двери и поцеловал.
- Спокойной ночи, - сказал я, не в силах посмотреть в глаза и ощутить симпатию. Я её не заслужил.
Спускаюсь на следующую улицу. Заезжаю в парк. Он закрыт, но можно перелезть через забор. Лучшее место озера Хальчион. Всегда. Что б ни случилось. Я стянул футболку, джинсы и зашёл в воду.
Вот дерьмо! Холодная.
Я поплыл к острову и обратно. И всё. Один раз. Три минуты туда, три минуты назад.
И у Трикси ушло б ещё меньше. Она в воде могла надрать мне задницу, сильный пловец. Но её отобрала не вода, а сердце. Аномальная активность – вот причина. Они сказали, что, вероятно, у неё всё время болело сердце, просто она нам не говорила.
Я тысячу раз думал о том, как всё могло пойти иначе.
Если б я сопроводил Трикси и Клейтона к острову… Если б был в воде – добрался бы до неё раньше.
Если б они не плыли так быстро. Если б она была спокойной.
Если б не было Люси, и я думал о сестре.
Если б я не был так очарован её карамельными волосами, заправленными в конский хвост, рыхлыми прядями на мягкой и бледной шее.
Они говорили, что ничего бы не изменилось. Что на самом деле шансов спасти её у меня не было.
Но это не мешает мне думать, пока все "бы" не начинают так сильно впиваться в кожу.
Я плавал в ледяной воде, к острову и назад, пока сердце не закололо, а тело не онемело. Тогда, не в силах двигаться, я растянулся на столе для пикника и смотрел на звёзды.
Я был ничтожеством во всей огромной вселенной.
