Меня и самого словно внутри вновь и вновь били по нервам. Она замерла, постояла немного, уткнувшись лбом в моё плечо, и вдруг заплакала. Плакала тихо, беззвучно, словно боялась, что кто-то услышит её слабость. Я гладил её по спине, шепча:
— Поплачь, поплачь… Это нормально, не держи в себе.
Она прижалась ко мне ещё сильнее, на какое-то время затихла, пытаясь успокоиться. Потом медленно подняла голову и посмотрела мне в глаза. Взгляд её был теперь совершенно другим — спокойным, твёрдым и уверенным. Она уже приняла решение, и в глазах её больше не было слёз.
— Ты молодец, Макс, — проговорила она тихо, но решительно. — Теперь мы точно его уроем.
— Конечно, — ответил я ей с лёгкой, горьковатой улыбкой. — Смерть Кощеева теперь у нас в руках.
Мы замолчали, продолжая стоять друг напротив друга, и в этом молчании не нужно было больше слов. Всё было ясно и без них. Теперь мы были готовы идти до конца. Теперь мы на финишной прямой.
— Заливаем в сеть? — спросила Кобра, уже почти успокоившись после увиденного. В глазах её застыла холодная, жёсткая решимость. — Пусть вся страна узнает, кто такой Вальков на самом деле. Это будет настоящая информационная бомба. Жёлтые СМИ подхватят мгновенно. Не все они под Валетом ходят, такой хайп словить ни одно издание не откажется. Представь, что начнётся.
— Погоди, — остановил я её, поднимая руку. — Успеем ещё залить. Если мы сейчас опубликуем видео, Валет может соскочить, сбежать за границу, залечь на дно. Нужно сделать так, чтобы у него не осталось ни единой лазейки. Давай сделаем иначе: загрузим запись в сеть, но пока не будем публиковать. Пусть это будет наш резервный вариант. Я возьму диск и пойду в Следственный комитет, к Пауку. Пусть регистрирует преступление через свою кухню КРСП, а не через нашу дежурку. И возбуждает экстренно дело… Без ментов, сам, с нами… Его подследственность, а чем меньше будут знать людей и сотрудников, тем меньше шансов напороться на крыс Валета. И скоренько его возьмем. Только спецназ подключим. Ну там он сам знает, как это все с Росгвардией обстряпать, для силовой поддержки.
— Ты пойдешь к Пауку? — удивилась Кобра, слегка приподняв бровь. — Зыкову? А если он с ними заодно? У него репутация та ещё…
— Репутация у него, конечно, говно, — согласился я, слегка пожав плечами. — Но Валету он точно не подчиняется. Валет его никогда не подкармливал, это видно.
Оксана хмуро и недоверчиво молчала, и я добавил:
— Иначе бы он одевался бы попрезентабельнее, да и парфюм у него дешманский, кислым молоком отдает. А значит, есть шанс, что он будет заинтересован провести это дело. Ему в карму плюс жирный, да и звезда на погон. Я рискну, конечно, но мы подстрахуемся.
— Ты точно ему веришь, Макс? — обеспокоенно спросила Кобра.
— Не верю, — усмехнулся я. — Но ведь ты же меня подстрахуешь. Если я не вернусь через час, не отвечу на звонок или окажусь недоступен, ты нажмёшь на кнопку и опубликуешь видео. Пусть вся страна смотрит, кто в Новознаменске в мэры баллотируется.
— Хорошо, — кивнула Оксана. — Только для этого нужен левый компьютер, ноутбук хотя бы…
— Что-нибудь найдём, — сказал я уверенно.
— В вещдоках у меня уже пару лет валяется невостребованный ноутбук, — проговорила она.
Мы перешли в кабинет Кобры. Она порылась в шкафу, вытащила старенький потрёпанный ноут, сдула с него пыль и положила на стол. — Вот, должен работать.
— А интернет? — уточнил я, слегка нахмурившись, потому что сам не сильно разбирался во всех этих тонкостях.
Кобра быстро объяснила, что она раздаст интернет со своего телефона, затем включит VPN, чтобы IP-адрес не отследили, и добавила какую-то специальную программу для полной анонимности. Я слушал её вполуха, доверяя ей полностью, и через несколько минут после манипуляций с ноутбуком видео было уже залито в сеть. На экране появилось окно с крупной синей кнопкой «Опубликовать». Оставалось только нажать на неё в нужный момент.
— Всё готово, — тихо проговорила Оксана, тяжело выдохнув и поставив ноутбук на край стола. — Дело за тобой, Макс.
— Отлично, — сказал я, бросив взгляд на часы. — Уже почти утро. Насколько я наслышан, Паук всегда приходит на работу рано.
— Главное, чтобы никто не узнал про эту запись раньше времени, — встрепенулась она. — Никто не должен его предупредить.
— Не успеют, — сказал я твёрдо. — Иду к нему прямо сейчас. Если его ещё нет, дождусь там, в здании СК.
Кобра помолчала с секунду, затем шагнула ближе и внимательно посмотрела на меня:
— Удачи тебе, Макс. Ни пуха, ни пера.
Мы обнялись. Крепко. Еле удержался, чтобы не поцеловать. Она тоже устояла. Не время для поцелуев.
— К чёрту, — усмехнулся я ей в ответ.
Я повернулся и направился к выходу из кабинета.
Несмотря на раннее утро, в здании Следственного комитета уже вовсю бурлила жизнь. Кто-то пришёл пораньше, кто-то с ночи ещё разгребал материалы по дежурным суткам. Работа у следаков всегда кипела, в любое время года и в любую эпоху. Что тогда, в мои старые времена, что сейчас — следствие всегда имело дел выше крыши.
