Позже Федченко встречался с Семенютой на допросе у следователя. Сторож умер от удара железякой по голове, и Семенюта не скрывал радости, что случилось это не сразу, а на третий день. Потому что эти три дня меняли статью уголовного кодекса, по которой его должны были судить. Если бы сразу умер старик, то всплывало убийство, за которое могла быть и высшая мера. А теперь другая статья, помягче. Потому и радовался Семенюта, и не было ему дела до старика, которого похоронили и которого он даже в лицо разглядеть не успел. И от этой радости — своя жизнь спасена — пускался он в рассуждения, что нет на свете справедливости. Везде крадут, и в тюрьме тоже, и сторожу, значит, такая вот судьба выпала, а убивать он его не хотел. Следователь прокуратуры, молодой паренек, года три назад закончивший институт, обстоятельно записывал показания, а у Федченко ходили на скулах желваки. Хотелось ударить по столу кулаком, чтобы разлетелись в стороны листы, на которых лгал, изворачивался, пытался смягчить будущий приговор жестокий и пустой человек, рассуждающий о справедливости.
— Слышь, Иван. Ты послушай, меня, не спи. Может, по-другому все повернешь. Ты Архипова знаешь? Ну так вот, я для него рыбу ловлю. Получается, что он как бы хозяин надо мной. Мне, значит, на полную катушку, а ему, как и раньше, почет и уважение! Вот она справедливость!
Знал ли Федченко Александра Васильевича Архипова? Еще бы не знать! Пол-Бережновки работало на деревообрабатывающем комбинате, что был расположен в трех километрах выше села, на берегу Волги. А занимал Архипов на комбинате должность заместителя директора по хозяйственной части. Можно и завхозом назвать, только никто и никогда завхозом его не назовет, потому что пользуется Архипов не только в районе, но и во всей области авторитетом.
Комбинат заложили лет двадцать назад, когда нашли неподалеку нефть. На окраине Бережновки выросла новая улица, и село вошло в разряд перспективных. Метили сделать его райцентром, но нефть внезапно иссякла, и село осталось селом, обманув надежды тех, кто присматривал себе посты районного масштаба. А комбинат рос. Баржи и плоты шли с верховьев Волги, доставляя лес, крайний дефицит для здешних, степных, граничащих с пустынями районов.
Большой силой был Архипов. Директор Муханов, тот больше производством занимался, то в район, то в область мотался, и Архипов решал многие вопросы.
Федченко часто приходилось бывать на комбинате. В основном следил за состоянием пожарной охраны. Как-то помогал работникам БХСС проверять документацию. Хищений не обнаружили. Так, по мелочи кое-что. Приходилось и с Архиповым разговаривать, даже с личными просьбами обращаться. Однажды доски выписывал, в другой раз линолеум понадобился. И хотя на комбинате линолеум не производят, удружил Александр Васильевич, выписал ему двадцать четыре метра. Все честь по чести, квитанция, оплата. К кому еще обращаться? Полы в доме холодные, снизу дует, а младшему Мишке тогда года не исполнилось, без конца болел.
И Архипов к Федченко тоже с просьбами обращался. Как-то просил с дружинниками за территорией комбината ночью подежурить. Дежурили. Несунов человек пять задержали. В другой раз просил помочь техосмотр в ГАИ пройти. Обрадовавшись, что может помочь отзывчивому человеку, сказал: конечно, какой вопрос! Хоть завтра с утра, хоть в любой день поедут в райцентр и пройдут без очереди техосмотр.
Вспомнилось, как Архипов, помолчав, спросил: а можно ли не ездить в район? Участковый не понял, и замдиректора объяснил, что ему некогда. Может, Федченко возьмет его документы и отметит в ГАИ без него?
— Так нельзя, — улыбаясь, объяснил Иван. — Надо ведь машину предъявить, номера сверить и прочее. Но это мы быстро сделаем.
Архипов тогда поцокал ногтем по столу и сказал, что ладно, не надо, как-нибудь обойдется. А техосмотр прошел без Федченко. И, кажется, «Жигули» свои в райцентр не гонял. Без участкового обошелся. С его связями — и не обойтись!
— Я и раньше рыбой понемногу баловался, так, подзарабатывал. А два года назад поймал меня наш рыбинспектор Фирсов. Составил протокол, рыбу и лодку отобрал. Шагай, говорит, когда надо, вызову. Жена узнала — в слезы. Опять под суд! К кому за помощью обращаться? Идем, говорит, к Александру Васильевичу. Может, он что придумает. Короче говоря, вытащил меня Архипов. Как уж он с Фирсовым договаривался, но протоколу рыбинспектор хода не дал, а меня на полсотни, как за нарушение правил рыбной ловли, оштрафовал. Я тогда в ПМК слесарем работал. Предложил мне Архипов перейти на насосную станцию дежурным. Зарплата, правда, меньше, но он пообещал, что в накладе не останусь. Через какое-то время вызывает меня бригадир и спрашивает, не разучился ли я рыбу ловить. Намеками да оговорками, мол, есть к тебе предложение от уважаемых людей опять рыбой заняться. Покажут место, где тебя не тронут, прямо напротив комбината, а за безопасность будешь добычей, то есть рыбой и икрой делиться.
— Он что, называл фамилию? — спросил Федченко.