– Для этого не обязательно иметь связь. Он с самого начала не испытывал ко мне подобного интереса… А нэйад обычно влечет друг к другу…
И мне стало так жаль ее, что слезы снова навернулись на глаза. Но я сделала ровный вдох и отвернулась, чтобы не показать ей своего сочувствия. Она терпеть не могла жалости, даже если не говорила об этом: видела в ее глазах. Я понимала ее боль: она его бывшая ученица, а сейчас – под руководством; все время рядом, помнит все детали их отношений… деловых отношений (уникальная память не даст покоя), смотрит на него каждый день и понимает, что этот мужчина никогда не взглянет в ее сторону. Это даже не боль, это разрушающее и опустошающее чувство, отбирающее всякую надежду на будущее…
– Ты можешь полюб… м-м… принадлежать кому-то другому,– попыталась ободрить девушку я, делая несмелый шаг к ней.
– В отличие от твоего вида, шэктэри принадлежат только одному до конца своей жизни. Я – буду принадлежать ему…– на последнем слове голос Бикены Раи снова сорвался, потерял силу.
– Но это же ужасно!– заглянула я в ее глаза, и она увидела мои эмоции – боль за нее.
Лицо Бикены Раи помрачнело. Она вновь выпрямилась, во взгляде стальной блеск, губы сжаты, подбородок высоко поднят.
– Не смей меня жалеть!
Слова ударили, словно хлыстом. Я отшатнулась и опустила глаза на свои босые ноги.
– Это естественные эмоции. В них нет ничего унижающего и оскорбляющего,– попыталась оправдаться я, но ведь сама презирала жалость.
– Не для меня!– отрезала Бикена Раи.
– Ты такая красивая, умная, сильная!– пылко воскликнула я, возмущенная несправедливостью.– А он,– взволнованно махнула рукой куда-то в сторону, указывая на мнимого Райэла,– не достоин тебя! Ему же ни до кого нет дела! Он же ледяной, как айсберг! Разве можно принадлежать такому человеку?!
– Он не человек!– громыхнул ее голос.– И ты не вправе говорить о нем так!
Ее слова стали ушатом ледяной воды. Я огорчено прикусила нижнюю губу и приложила прохладные ладони к горящим щекам. Бикена Раи окинула меня гневным взглядом, на секунду отвлеклась на вскочившего с места даэгона и, резко отвернувшись, твердым шагом удалилась прочь.
– О, ну, конечно, здесь у вас не принято никого обсуждать!– от смешанных чувств вины и досады бросила я вслед, а оставшись одна, пробормотала себе под нос:– Это чудовище не стоит тебя…
Я вернулась взглядом к Шаоле. Она подошла вплотную и, закинув голову, долго пристально смотрела в глаза, будто посылала свое спокойствие и умиротворение, но тень грусти нависла надо мной. Тогда я встряхнула головой и размяла напряженные шею и плечи, повернулась лицом к ближайшей арене и издалека стала наблюдать за претендентом.
Это оказался русоволосый юноша с чуть более круглыми глазами, чем у тэсанийцев, с заметно розовой кожей и веснушками, но более ничем не отличающийся от обычного тэсанийца. Практически человек. Похоже, это был один из найденных Тэс. Его рода я не знала. Еще не до конца сформировавшийся мужчина, но уже видный и обаятельный парень самозабвенно работал над своим проектом. Всего несколько тэсанийцев увлеченно наблюдали за ним.
Сидя по-турецки за широким круглым подносом, юноша выстраивал фигуру из прозрачных шариков. Это напоминало игру в пазлы. В чаше у подноса грудой лежали те самые круглые кристаллы. На вид все они были шаровидные, но, когда парень брал в руки следующий, каждый отличался своими гранями. Как кристаллы прилипали друг к другу, было неизвестно, но все они выстраивались в необыкновенную фигуру без щелок и отверстий, а когда каждый вставал точно на свое место, то прозрачность сменялась небесно-голубым цветом. И абстрактная скульптура приобретала вполне ощутимую форму с переливающимися изнутри гранями. Как из сотни прозрачных кристаллов юноша доставал нужный, оставалось загадкой. Но казалось так просто. Может, это была магия? Тэсанийская магия, коей для меня здесь было пронизано всё.
– Не хотите удовлетворить свое любопытство с более близкого расстояния?– вдруг прозвучал вежливый вопрос за спиной.
Мы с Шаолой одновременно оглянулись. В тени другого дерева поодаль стоял руководитель адаптационной группы собственной персоной и внимательно наблюдал за нами обеими.
«Откуда он взялся?!»– недовольно проворчала я про себя. Уверена, что на моем лице было написано то же самое. И хотя проявлять вежливость не было настроения, особенно после разговора с Бикеной Раи, но снизошла и исполнила жест приветствия.
– Я вижу, вы не расстаетесь?– взглядом указывая на даэгона, заметил Райэл.
– О, она прекрасна! И на ощупь тоже!– на выдохе пролепетала Киэра, неожиданно оказавшаяся рядом.– Приветствую, Райэл!
Я чувствовала, как внутри нарастает напряжение. И энергетика снежного человека здесь была ни при чем. Сейчас я отчетливо понимала, что злюсь на него из-за Бикены Раи. Но с появлением Киэры дышать стало легче. Хотя я все равно не сдержалась и с вызовом спросила:
– А вы не хотите погладить Шаолу?
Райэл сделал несколько шагов в нашем направлении и остановился.
– Вы дали даэгону имя?– будто удивился он, но выражение его лица не изменилось.
