Откуда-то сверху лилась приятная мелодия, постепенно погружая в атмосферу праздника. Мягкий свет и ненавязчивая музыка придавали месту больше обстановку чилаута, чем торжественного приема, развеивая мои ожидания официальности и строгости, – качеств, присущих виновнику торжества. Гости непринужденно общались, переходили от одного места к другому, но так или иначе поочередно двигались в другой конец зала, задерживались там ненадолго и возвращались. Все было естественно и непринужденно, похоже на обычный светский прием.
Конечно же, долго стоять незамеченной не пришлось. На меня стали обращать живое внимание и приветственно кивать. Среди присутствующих, которые были одеты в наряды белого цвета или приглушенных, пастельных тонов, но разбавленных колоритными аксессуарами, я привлекала взгляды своей буквальной яркостью: ярко-васильковый цвет платья и темный волос – слишком бросались в глаза. Я даже засомневалась в пригодности моего наряда к этому случаю. Но эмоции подавила логика: Киэра с Бикеной Раи заметили бы несоответствие, а Мэйк не обошелся бы так со мной, не предупредив. А потом и он сам, подтвердил мое умозаключение.
Мой мастер образа прибыл раньше нас уже в совершенно ином виде: с иначе заплетенными волосами от макушки до затылка, в красивом костюме-двойке темно-травянистого цвета: жилет и брюки. А белоснежную рубашку в низком круглом вырезе жилета оттенял ярко-коричневый галстук с двумя узлами. Мэйк заметил меня и так поклонился в приветствии, что я ощутила себя княжной тэсанийской.
Скромно улыбнувшись и кивнув в ответ, я сделала несколько коротких шагов в сторону островков для отдыха у прозрачных стен, на что Бикена Раи одобрительно подмигнула мне. Ничего неприятного и неожиданного не происходило, поэтому я начала внутренне успокаиваться и просто наблюдать за происходящим. Софы с низкими спинками и банкетки на ажурных ножках, отделяли одинаковые прозрачные вазоны со сказочными цветами, похожими на каллы, но глубокого, безумно красивого синего цвета на высоких, почти моего роста, ровных бледно-зеленых стеблях.
В который раз я отметила величие тэсанийской природы и умение тэсанийцев придать любому пространству гармонию и изысканность. Это не могли бы сделать существа, не имеющие глубокого чувственного опыта.
Приглашенных было больше, чем на Дне Жизни. Пересчетом я не занималась, но на глаз – более сотни. Однако зал был велик, и места – предостаточно, чтобы не чувствовать себя, как на базарной площади, никого не задевать и не нарушать личного пространства. Я медленно двигалась вдоль правой стены, учтиво отвечая на приветственные кивки, но всегда держа наготове водный щит.
У белых колонн, значительно выдвигающихся внутрь зала, на округлом боку имелись неширокие полочки, на которых, будто на барных стойках, стояли бокалы с напитками. А порционные закуски – на один укус, располагались тут же, на высоких ступенчатых подставках-конусах. Угощений было такое множество, что я с усмешкой отметила: «Голодной не останусь, будет, чем себя занять, если всё пойдет не по плану».
У одной из стоек с напитками я заметила знакомые лица: Вэлн и Гиэ общались с неизвестными мне тэсанийцами. Все как один тоже задержали на мне взгляд и одарили восторженной улыбкой. Многие уже знакомые сотрудники департамента также провожали меня внимательными приветственными кивками.
В другом конце зала я заметила радушную улыбку необыкновенной женщины, которая первая на этой планете поразила меня бесподобной внешностью. Нэйя в изумительно красивом платье пудрового цвета с прозрачными расклешенными рукавами и воздушным подолом в пол, с уложенными мягкими волнами белоснежными волосами и вплетенными в них розовыми бусинами выглядела, точно принцесса на балу. Она держалась благородно и величественно, впрочем, как и ее высокопоставленные собеседники, от которых у меня и прежде захватывало дух. Неожиданно-одухотворенными улыбками меня одарили старейшины, которые не могли здесь не присутствовать – родители Райэла. Тогда я поняла, почему в эту часть зала устремлялись все гости, вероятно, они выражали свое почтение и поздравляли родителей с днем рождения сына. Но самого именинника в зале, скорее всего, не было: не чувствовалась его хищная энергетика.
Все трое отвлеклись от беседы и внимательно посмотрели на меня. Интуитивно я исполнила жест приветствия нэйад, а затем и сиер, внутренне порадовавшись тому, что не перепутала руки. В белом одеянии, вылепленном, словно из снежинок, старейшина Майриэ выглядела, как снежная королева. Кружево выглядело изумительно! Но едва ли можно было восхититься только ею и Нэйей: я с удовольствием любовалась всеми тэсанийками в зале. А их здесь было много.
Киэра продолжала обходить зал и иногда оглядывалась, находила меня глазами и дарила жемчужную улыбку. Ото всех знакомых и от тех, кого я могла видеть всего несколько раз в департаменте, чувствовалась искренняя поддержка. Это было так странно ощущать! Но мне не хватало еще одной улыбки… А ее отыскать не удавалось.
