Я заклацала пальцами по окошку кареты. Потом по дверце и сравнила звуки. Звуки были разные. Вот когда я клацала по деревянному окошечку, звук был такой, как будто я клацала себя по головушке. А когда я клацала по дверце, звук получался более многогранный. Это было до того обидненько, что я решила найти звук, который получится хуже, чем звук клацанья по моей головушке. Я имела в виду, клацанья по окошку. Поэтому я поклацала стенку. Стенка была обита тканью и звук не получился. Тогда я поклацала по сиденью. Сиденье тоже было обито тканью и отбито нашими филеями, и звук не получился. Тогда я поклацала по Ройзе. Ройза поклацала меня в ответ. Я потёрла клацнутый лоб и решила, что не нужно мне никакого звука по головушке. Одного хватило. Поэтому я уставилась в потолок: вдруг дельная мысля летает именно там? На удивление, мысля там не летала. Собственно, там вообще ничего не летало. Но зато там на досочках был такой забавный узор, похожий на инопланетянина. Такого, знаете, классического: с большими глазками и треугольным подбородком. Мысли мои потекли в более важном, планетно-завоевательном направлении: а ну как на нас нападут инопланетяне? Вот что тогда делать? Самое логичное — это затеряться среди них. Ну, то есть, выдать себя за одного из них, чтобы они ничего не заподозрили. А для этого нужно выглядеть как они. Я решила попробовать выглядеть как они: увеличила глазки и уменьшила челюсть. Как по мне, мимикрия прошла весьма успешно!
Я хотела поделиться с Ройзой радостью от того, что я успешно затерялась среди инопланетян, но тут услышала кое-что весьма странное:
— … глазки выпучила. И рот открыла. И губы выпятила. Как думаете, что делает?
— Я уже видела подобное один раз. Она тогда рыбёху изображала.
— Думаете, в этот раз тоже рыбёху изображает?
— Говорят, молния два раза в одно и то же место не бьёт. Но не в её случае. Поэтому, думаю, что да. Таки рыбу.
Я решила уточнить, про кого они говорят. Но для этого пришлось возвращать челюсть на место: сходство с инопланетянином было утеряно.
— Вы про кого? — спросила я.
— Браво! — вдруг воскликнула Ройза. — Отличная рыба! Очень похоже!
И захлопала в ладоши. Ара Элеонора и Догадливая Фрейлина тоже захлопали в ладоши. Я на всякий случай по-быстрому взглянула на бумагу: может, я так увлеклась, что невзначай рыбку нарисовала? Но бумага была белая, и рыбки не наблюдалось. А компания продолжала хлопать. Я решила, что что-то упустила. Но признавать это мне не хотелось, чтобы не обижать моих ар, поэтому я тоже захлопала в ладоши. Ара Элеонора хихикнула. Я хихикнула тоже.
— Ара Самара, — сказала Догадливая Фрейлина. — Я тут подумала над третьей позой.
— О, — обрадовалась я, — и что решили?
— Может, сделаем как в случае с бардом? То есть, просто попросим воина попозировать?
Я скривилась:
— Барду жизню я спасла и позу в благодарность забрала. А чтобы воина спасти, я прям не знаю, что нужно изобрести. К тому же, решила я в тайне творить, и тайну эвонную дюже хранить. А значит, придётся хоть как изощриться, но от воина позы только правдой добиться!
Ара Элеонора одобрительно кивнула. А вот Ройза спросила:
— Но, Ара Самара, какая же тогда будет третья поза и как вы её добьётесь?
— А, проще пареной репы! — воскликнула я. — Наш воин будет якобы телохранителем! Всего-то и надо, что заставить его склонить передо мной колени!
АР ДАКРАН. Всё ещё день 11.
— Ах, — восхитилась Догадливая Фрейлина, — какая замечательная идея!
— Спасибо! — надулась я горделиво. — Это я придумала между головушкой и инопланетянином, а окончательно доработала между мимикрией и рыбкой!
— Между мимикрией и рыбкой, — повторила Вдовствующая Императрица. — Как всё просто!
— Ах, — обрадовалась я, — я думала, что мне придётся всё объяснять, но вы поняли меня с полуслова!
Ара Элеонора улыбнулась. А потом вдруг подалась вперёд и обняла меня. Я обняла её тоже и растеклась по ней счастливой влюблённой лужицей, и она — вот уж точно Мутный Тип не её сынок! — не стала отстраняться!
— Итак, — сказала я, когда с обнимашками было покончено. — Картинка будет такая: он, — воин, — мой телохранитель. И он встаёт на колени, чтобы выразить свою почтительность или чего там ещё. Значится, та, у кого будет его веерок, якобы и будет той арой, которую он защищает.
— А в чём будет пи-кант-ность? — уточнила Ройза.
— В пламенном взоре, конечно же! — удивилась я. — А в чём же ещё?
— Ара Самара хотела сказать, — добавила Ара Элеонора с горящими глазами, — что пикантность будет в самой ситуации: целый красивый воин, который сопровождает ару повсюду и защищает её от бандитов! И при всём при том, у него будет такой взгляд, что сразу становится ясно, что ара ему очень даже нравится!
— Вот-вот! — поддакнула я.
И озадаченно поскребла затылок: ведь я же сама сказала всё то же самое!
— Значит, — сказала Догадливая Фрейлина, — надо, чтобы он встал перед вами на колени?
— Агась, — подтвердила я.
— С этим я могу помочь, — вновь вызвалась Вдовствующая Императрица, — когда он узнает, кто я, ему придётся меня приветствовать как положено!
Я цыкнула:
