— Ты знаешь, сколько мне лет, мальчик? — надвинулся на него гра Ферт. — Хочешь со мной потягаться?
Солард попытался выставить ментальный щит, но тщетно. Перед ним ведь был грааль! Сосуд с чистой магией!
— Отпустите… — прохрипел Солард.
— Ты сейчас пойдешь и пригласишь на танец подходящую леди. Отныне я буду за тобой следить. Ты больше не сможешь применять ментальную магию, пока находишься столице. Ступай.
Гра Ферт посторонился. Солард, как в тумане, сделал пару шагов. Не стало ему лучше и в бальном зале. Словно механическая кукла, герцог Калверт направился к леди в красном платье.
— Окажите мне честь. Я приглашаю вас на танец.
Взгляд машинально скользнул по руке, которая легла на плечо. Камень в магическом перстне был красным. Леди призывно улыбалась. Солард машинально улыбался в ответ. Понемногу отпускало. Но в голове еще гудело. Жужжали неумолимые пчелы, молоточки таранили виски́. Солард изо всех сил пытался бороться. Гра Ферт все еще был здесь. Смотрел на Соларда, не отрываясь, стоя у двери на балкон.
— Благодарю, вас, леди, — герцог чинно отвел девушку к сопровождающим ее дамам и, пошатываясь, вышел в холл. Кажется, куда-то надо ехать.
— Ну? Как твои дела, Сол? — услышал он как сквозь толстое одеяло голос лучшего друга.
— Все хорошо.
— Добился своего? И как там поживает курительная комната? Сил нет, больше здесь находиться.
— Эта девушка мне больше не интересна, — безразлично сказал он.
— Эй! Сол! А ну-ка повернись!
Лорд Руци схватил Соларда за плечо и резко крутанул на себя.
— Да у тебя кровь носом шла! — ахнул он. — Император?
— Хуже. Гра Ферт.
Солард наконец-то очнулся. На парадном белом мундире застыла дорожка вытекшей из носа крови. Солард провел по ней ладонью, очищая мундир. И сказал:
— Вроде отпустило, Генрих. Поехали отсюда.
— Это уж точно! Нам надо уходить!
— Поехали в Дом удовольствий.
— И то дело! Мечтаю надраться!
— Мне тоже надо выпить. Хорошо он меня приложил.
— Это за девчонку? А я ведь тебе говорил!
Лердес напрасно искала взглядом статную фигуру герцога Калверта. И он и граф Руци внезапно исчезли…
— Как равный равному, — император положил руку на плечо гра Ферта.
На какое-то время они стали единым целым. Слова были не нужны. Оба молчали. Наконец, гра Ферт тяжело вздохнув, отошел к столу, на котором стояла магическая сфера, и опустился в кресло.
— Жестко ты с ним, — император тоже сел.
— Не поверишь: у меня едва получилось.
— Ты преувеличиваешь. Ты же грааль!
— Он очень силен. С Солардом Калвертом что-то происходит. Его чаша неумолимо наполняется. Я направил его сегодня в Дом удовольствий. Солу надо снять напряжение. Он еще может сполна насладиться прекрасным женским телом. В то время как мы…
— Мы граали, — пожал плечами император. — У нас другие заботы. Удерживать равновесие. К тому же ничего не мешает нам с тобой побыть какое-то время обычными людьми.
— Каким ты бываешь со своей женой, — кивнул гра Ферт. — Я слишком стар. И я устал. Я уже похоронил трех жен. Жизнь каждой старался продлить, насколько мог. Последнее расставание далось мне так тяжело, что повторять не хочется. Сол может выйти из-под контроля. Я не преувеличиваю: мне и в самом деле сегодня было неимоверно трудно. Он сильнейший менталист.
— Какой флер сегодня в бальном зале мои орлы напустили? — внезапно рассмеялся император. — Я не стал им мешать.
— А я вмешался, только когда Сол закрыл балкон магической завесой. Чтобы никто не помешал уединению герцога с бытовой магичкой. Он ее почти раздел. И почти уже взял.
— Да и пусть его развлекается.
— Развлекаются с женщинами в другом месте. А тут, похоже, любовь. Сол и сам еще не понял. А вот я почувствовал. И вмешался.
— Ты все сделал правильно, — кивнул император.
И они снова замолчали. Оба смотрели на магическую сферу. Пока на границах было спокойно. Но граали тонко чувствовали колебания силы. С некоторых пор их магия стала ослабевать: маркиз гра Сантофино в столице так и не появился.
Мэйт попыталась уснуть, но не смогла. Перед глазами стояла позорная сцена на балконе: герцог Калверт, с усмешкой поправляющий шейный платок, полураздетая Мэйт и генерал гра Ферт. Что она творила! Не просто позволила мужчине все, но и сама его целовала! Не вмешайся генерал, Мэйт потеряла бы честь. Хотя, она ее и так уже потеряла.
Но в то же время Мэйт словно проснулась. Она ведь никогда не жила для себя. И не была счастлива. Кроме тех лет раннего детства, пока жива была мама, и Мэйт растили, как принцессу. Как-никак, леди Котисур, ее мать считалась заметной дамой в гарнизоне. Супруга хоть и опального, но все же оранжевого мага. Высшего лорда.
А потом она заболела. И появилась леди Констанс, бытовая магичка. Заботливая, услужливая, добрая женщина, как тогда казалось малышке Мэйт. За мамой хорошо ухаживали, леди Констанс делала все по дому. И когда супруга высшего лорда все-таки умерла, было так естественно, что леди остается в доме Котисуров. И как-то само собой получилось, что лорд женился вторично. Разумеется, он хотел, чтобы Констанс заменила его дочери мать.
