Ящерок и змей с каждым шагом становилось все больше. Мелкие чешуйчатые кишели живым ковром — куда ни глянь, так медянка или ужик, а то и агама каменная. Зеленые, голубые, синие, бурые, желтые — всех цветов, всех пород. Есть одноцветные, есть узорчатые, орнаментом хитрым испещренные, а есть прозрачные, точно из слюды вырезанные.
Дальше пошли огромные залы — сплошь металл да самоцветы. Медь самородная, золото, хрусталь горный — всего довольно. Даже богатства Костяного Дворца, накопленные Кащеем за тысячи лет, пожалуй, уступят сокровищам Каменного Пояса. На стенах малахит с алмазами, потолок медный, цветами диковинными разукрашен. Диво дивное, чудо чудное — любой рудознатец полруки отдаст, чтоб только вызнать, где сей клад запрятался.
Но во сто крат дивнее то, что оказалось в самой огромной палате — самой богатейшей, целиком из самоцветов чистейшей воды. Вздымается до самого потолка трон каменный, а на нем старец-великан восседает — ростом с кедр, борода из чистого серебра, одежда — из самородного золота, блестит-переливается. Глаза закрыты и дышит ровно — в глубокой дремоте хозяин Каменного Пояса, отсыпается после тяжелых трудов.
У ног великана — каменный стол, из голышей сложенный, а на нем грудой самоцветы свалены, цены неописуемой. С потолка будто гроздья виноградные свисают — и вместо ягод в них тоже самоцветы драгоценные.
Сказочно богат Горный Старец Озем.
— Что, мертвяк, настоял-таки на своем?! — гневно крикнула Хозяйка, стоящая рядом. Платье на ней успело измениться, засверкать красной медью. Не на шутку, видать, рассерчала. — Не буди батюшку, пожалеешь! Он спросонья злой, ярый — не пощадит!
— О-О-О-О-О… — прогремело сверху. — О-О-О-О-О… КТО ПОТРЕВОЖИЛ МОЙ СОН?..
— Ну что, рад?! — прошипела Хозяйка. — Разбудил-таки?!
— Малахитница, а ты ничего не путаешь? — без малейшего интереса посмотрел на нее Кащей. — Я пока что не произнес ни слова — полагаю, Горный Старец Озем проснулся именно от твоих криков. На себя и пеняй.
— А-А-А-А… КАЩЕЙ… ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?..
Глаза горного великана открылись — все еще сонно моргающие, но уже гневно сверкающие. Красные, горящие бешеным огнем, будто яхонты червленые, — да, такие очи могут устрашить кого угодно.
Кроме Кащея, конечно.
— ЗАЧЕМ ПРИШЕЛ?.. ПОЧТО РАЗБУДИЛ?.. — прогремел великан, выпрямляясь во весь рост.
Встает Горный Хозяин с трона, делает шаг… другой… и с каждым шагом уменьшается, нижает. Вот подошел вплотную к Кащею — уже не великан, а обычный дед в тулупе золоченом. Только глаза по-прежнему красным огнем светятся.
— Зачем явился в мои владения, царь мертвых? — уже негромко спросил Озем. — Разве нет меж нами твердого уговору? Разве не дали мы слово в том, что не будем мешать друг другу?
— Мне нет дела до твоих гор, — холодно ответил Кащей. — Мне нужен ключ-камень, только и всего. Отдай его мне — я уйду и больше тебя не побеспокою.
Седые брови Горного Старца поползли на лоб. Он сделал быстрое движение, и в его ладони появился небольшой камешек — простенький совсем, без изысков, без выкрутасов. Ровный, гладкий, всего на пять граней — три продольных, два поперечных. Ничего особенного, а все же исходит от этого камешка словно бы тепло — мягкое, ласковое, умиротворяющее.
Кащей смотрел на этот камень неподвижными змеиными глазами. Но где-то в глубине этих мутных буркал можно было разглядеть крошечные огоньки — алчные, жаждущие, уже загодя ощупывающие. Таким взглядом Кащей смотрел только на золото в своей казне.
— Ключ-камень? — насмешливо переспросил Горный Старец. — Величайшее сокровище моих гор? Тот, которым можно отворить землю и получить доступ ко всем моим богатствам? Неужто ты думаешь, что я отдам его ТЕБЕ?!
— Да, я так думаю. Для кого еще тебе его беречь?
— Для того, кто поведет народ верной дорогой, — поднял голову Озем. — Для того, кто укажет правильный путь. Для него храню — для человека НАСТОЯЩЕГО!
— Что ты мелешь, скудоумный дух? — равнодушно посмотрел на него Кащей. — Немало глупостей я наслушался на своем веку, но ты превзошел всех. Камень сюда.
Длань Горного Старца медленно сомкнулась, сжимая волшебное сокровище. Кащей даже не шевельнулся, только губы чуть искривились в еле заметном намеке на усмешку.
— Отдай мне камень, Озем, — повторил бессмертный царь, протягивая руку.
— Нет, — проронил подземный дух, делая шаг вперед.
— Я получу его так или иначе, — равнодушно молвил Кащей. — По-хорошему или по-плохому.
— Батюшка!.. — прошептала Хозяйка Медной Горы, касаясь спины отца.
— Не мешай, дочка, — тихо ответил тот, упирая в бока мозолистые ручищи.
Кащей Бессмертный и Горный Старец мерялись пристальными взглядами очень и очень долго. Казалось, целый час прошел, прежде чем белесые шарики полумертвого колдуна и огненные яхонты горного царя наконец отпустили друг друга.
Юная Хозяйка Медной Горы тревожно переводила взгляд с одного старика на другого, пытаясь угадать, чем закончился их безмолвный поединок.
— Ну?! — наконец не выдержала она.
