— Да все отлично, — подстраиваясь под нее, ответил я и краем уха услышал понимающее хмыканье оборотня, — за исключением трех вещей: нас ищут, окрестности кишат дементорами и Волчек скоро сдохнет. В остальном полная гармония.
— Гармония вещь недостижимая, — философски вздохнула Сара, а потом резко сменив тон спросила. — Волчек, ты как?
— Блэк удивительно точно поставил диагноз, — ответил он без улыбки. — Но до вечера дотяну. Если перекинусь, может, и до утра.
— У Блэка есть план…
— Он говорил.
— Думаешь, мальчик придет?
Над ответом на эту адресованную мне реплику я задумался. Разумеется, я уверен, что Гарри будет готов мне помочь. Но вот удастся ли ему? Я вдруг осознал, что настолько привык видеть в маленьком Поттере его отца, и потому не задумывался, а готов ли мальчик так открыто нарушать школьные запреты и рисковать, общаясь с беглым преступником чуть ли не под носом у всего Хогвартса. А что если он струсит или находчивости не хватит? Нет! Быть такого не может. Даже краткость нашей встречи с Гарри не помешала мне распознать в нем лучшие черты моего давнего друга. Разумеется, лучшие с
— Это уж моя забота, — наконец, ответил я на вопрошающие взгляды. — А вы оба лучше думайте по поводу, куда вы отправитесь дальше. Здесь опасно.
— В глухой деревне? — вырвалось у Сары.
— Хогсмид не глухая деревня, — опередил меня с ответом Волчек. — Это что-то вроде Мекки для волшебников. Здесь такой проходной двор, что выследить нас с тобой, если мы только рискнем появиться на людях, плевое дело… Опять же дементоры… Да и Блэку, — он скептически ухмыльнулся в мою сторону, — мы тут обуза.
— Ладно, не бухтите оба, — Сара даже как будто обиделась, — я и не собиралась тут оставаться… Просто, предположила. Мне в этой дыре точно делать нечего. Ваши волшебники меня, небось, с потрохами сожрут, если узнают, что в их резервацию сунулась…
Да уж! Сара весьма точна. Мне даже стало немного весело. В нарушении всех писаных и неписаных законов ты превзошел сам себя, Блэк. Надо же, маггла в Хогсмиде. Кому скажи — не поверят.
— Предлагаю затаиться на время, — оборотень даже в своем нынешнем состоянии был способен рассуждать по-деловому. — У меня есть парочка вариантов. Свяжусь с Берти… и еще кое с кем, — у оборотня на лице появилось выражение, которое в миг заставило вспомнить, кто он на самом деле. — Они недоносков из-под земли достанут. Нам с тобой, Сарита, даже зад от стула отрывать не придется.
— Уверен? — Сара тоже перешла на свой профессиональный полицейский тон. — А не твои ли парни сдали меня, а Волчек?
Оборотень грозно глянул на женщину: как бы он не относился к Хиддинг, но сомнения в личном авторитете среди «своих» он не допускал даже для нее.
— Выбрось это из головы, крошка. Между мной и моими людьми полное…хм… взаимопонимание. В противном случае, — здоровая рука сжалась в кулак, на лице хищный оскал, — у них
— Ладно, — мой миротворческий тон был призван разрядить обстановку, — будем надеяться, завтра вы уже будете далеко отсюда. И в безопасности, — Сара, ослица упрямая, уже было открыла рот, но я ее опередил. — Хиддинг, послушайся Волчека и меня, ну хоть раз. Не пори горячку. Пересиди. А там, чем черт не шутит, выяснится что-нибудь…
Сара внезапно улыбнулась.
— Умным стал? — сказала она безо всякого сарказма в голосе.
— У тебя учусь.
— А я у тебя: дурости и поспешности. Ладно, Волчек, ты прав, — она встала и подойдя к оборотню, решительно взяла его за руку. — Дай я тебя лучше осмотрю.
Очевидно, ему было больно, но отказать себе в удовольствии почувствовать сарину заботу, Волчек, вероятно, не мог. Он терпел ее жесткую терапию со смирением, лишь время от времени дергая губой. Потом Волчек снова заговорил, как мне показалось, исключительно с целью отвлечься от боли.
— Блэк рассказал мне про вашу переписку. Остроумно. Не думал, что мой друг Гюнтер так проникся к вам обоим симпатией. Он вообще-то скуповат, а тут надо же… добро разбазаривать начал.
— Это он перед Блэком расшаркивался, — Сара придирчиво осматривала рану на груди оборотня, а потому голос звучал несколько рассеянно. — У них старая семейная дружба, — она прищелкнула языком и недовольно покачала головой. — Воспаление началось.
— Семейная? — Волчек явно игнорировал замечания, касающиеся его самочувствия.
— Беллатиса Лестрандж моя кузина.
— Вот как? — Волчек действительно выглядел заинтересованным. — Тогда понятно, почему все охотно верят, что ты правая рука Темного Лорда. Даже удивительно, что Аптекарь вообще стал разговаривать с тобой.
— Я умею убеждать. И Сара тоже, — сказал я с нажимом на последние слова.
Хиддинг меж тем закончила издеваться на оборотнем и, снова замотав его раны, выпрямилась, придирчиво оглядывая свою работу.
