Вышел из больницы Чайка, наведывался к Андрею. Как-то приехали с Палычем. Покатались. И овеяли парня студеным сквознячком.
– Разговор есть, Андрей, – ближе к расставанию выложил Чайка. – Хотим дело свое открыть.
– Ну, братцы, я рад за вас. Давно пора обманывать людей честно.
– Короче, дело уже есть, нужен генеральный директор. Свой и толковый. У тебя есть опыт.
– Иначе говоря, зиц-председатель Фунт.
– Фирма надежная. Мы ее попросту выкупили.
– Выкупили?
– Не суть важно. Меняются учредители. Новыми становлюсь я, ты и Кутепов (это было одно из известных имен темного бизнеса).
– Кутепов? – Андрей вскинул брови.
– Все узнаешь по ходу.
– А Федор Палыч?
– Ему светиться нельзя.
– Тебе можно.
– Кто мою фамилию знает! Так что?
– Чем занимаются?
Объяснил Федор Палыч. Андрей удалился домой – думать. Решение обещал дать через день-другой. С утра поехал к Петьке. Так и так.
– А я? – сразу спросил Петя.
– Дура, куда ты денешься. Разговор идет о браться-нет. Отъявленные люди Чайка с Палычем. Да еще Кутепов.
Весь день пробивали, рекомендации о фирме получили исключительно положительные. Это и казалось странным.
– Слишком неожиданно и ловко, – рядился Румянцев.
– Такова селява, Андрюха. Нынче пуст, завтра туз. Цепляй момент.
– Сидеть мне, если что.
– Я разве против, ставьте начальником меня… – бесшабашничал Петя. Напирал: – Кутепов – крыша, государства нужно бояться меньше, чем рэкета.
Вечером того же дня нашли Чайку. Андрей пыжился:
– Ответа пока не даю. И не дам, если не скажете, как поимели контору… Второе – мои полномочия… Ну и, само собой, без Петьки не соглашаюсь.
– Хоть всех уволь, – талдычил Чайка, – хоть вдвоем с Петькой работайте. Нам результат нужен… Свобода? Как минимум в рамках одного голоса. Ты – учредитель.
Как прихватили фирму, конкретно не рассказали.
– Ты же знаешь наш метод, – недовольно буркнул Федор Палыч, – чего тебе жевать.
«Выиграть в карты такое дело? – усомнился Румянцев. – И при чем здесь Кутепов?»
Через день взялись за дело. Бывший директор, грузный лысый мужик, вводил в тонкости почтительно, дотошно. Подключили своего старого бухгалтера, хотели тамошнюю фитюльку, миловидную, егозливую девицу рассчитать, но не дали. Свободой и не воняло… Все было отлажено, работало гораздо эффективней, чем на своей старой фирме. Петя практически оставался не у дел, шесть человек прежнего состава – их не стали трогать – без осложнений выполняли весь объем. Андрея не покидала тревога.
Усугублялось тем, что учредительство Румянцева выглядело номинальным. К средствам, которыми владела фирма, – по-видимому, немалым, Андрей так и не мог вникнуть в механизм, объем оборота – он отношения не имел. Обозначили, что прибыль будущих операций, причитающаяся учредителям, будет делиться на троих. Но где тогда Федор Палыч, его интерес? Вопрос остался без ответа.
Андрей видел, что снова попал в шоры. Окончательно разлюбил Палыча – в глаза бросалось, что бал правит он. Уговаривал себя подозрительного не подписывать, осознавая вполне призрачность намерения. Еще Кутепов… Палили в городе вовсю. Авторитетов его размаха валили, не снимая головных уборов. Румянцева чуток успокаивало, что участвует Кутепов не в одном десятке подобных фирм.
Вытребовал Пете компенсацию его проигрыша. Взял себе крупный аванс. Приоделся, обустроил жизнь родителям. «На худой конец», – мрачно определил мотив поступка.
Внезапно начал пристраиваться к Палычу. Прилаживался всячески: то по мелочам заботился, то переживание доказывал, то просто лебезил. Другой раз расковыривал себя перед тем до подноготной, и сам, случалось, к дяде в душу просился. Смысла особого не наблюдал, однако инстинкт ли, в подкорке либо черт – шептало.
К Артему на авто ездил, – машиной фирмы пользовался беззастенчиво. Не преминул перед Светланой в новом прикиде нарисоваться. Женщин новых не добывал, все к одной похаживал. Временами жалел ее. Шла зима.
Весной, на деньки славные выпало – облака румяные, в веселых буклях, пыжились в интимном небе, зайчик солнечный ошалело шнырял по уставшим от сумрака стенам, пахло хорошо, задорно – Федор Палыч пощупал легкими воздух и объявил:
– Есть возможность создать интересное «эспэ». Едем завтра к Куте (так он обзывал Кутепова).
«Началось», – екнуло у Андрея.
Кутепова он прежде не видел, первое общение разочаровало. На фоне окружающих молодцев и громоздких предосторожностей тот выглядел, пожалуй, комично – обрюзгшее тело, кхекающий смешок. Совместное предприятие затевалось русско-австрийско-венгерское. Суть – отправка за границу ферросплавов в обмен на комплектующие по электронике. Дома Андрей прикинул, ему дали произнести три фразы, смысл которых – отсутствие такового.
Ночь провел дурную. Тем не менее дальнейшее первый эффект рассеяло. Андрей ездил в облисполком, имел обильные встречи с респектабельными чинушами. Держать себя легко было легко, ибо основной целью этих аудиенций являлся росчерк пера на кипах бумаги. Все представлялось законным.
