Важно отметить, Федор Палыч относился к Михаилу любезно. Не однажды наведывался в гости, пару раз на посиделки попадала и чета Касьяновых, Светлана становилась свидетельницей глубоких и красивых бесед, что подтверждало естественный интерес к Палычу. Интерес укрепился и отношением к нему Вовика – восторженному. Все это, однако, были мелочи в сравнении с обнаруженным в себе Светланой сдвигом.
Первое проявление произошло во время очередной командировки Вовика. Автомобиль на этот раз он оставил дома, и Светлана с удовольствием этим пользовалась. Садилась с утра за руль и, когда с Ниной, когда одна, до полудня катила в окружные города, преимущественно, естественно, в Будапешт. Город разглядела… Добавим, отец приучил Светлану путешествия предварять ознакомлением по книгам. Впервые вкусив этой науки в Одессе и получив из, прямо скажем, простецкого города сказочное впечатление, неукоснительно следовала заповеди. Так же поступила на сей раз и эффект имела. Нину, напримерно, потрясла.
Однажды завершала вояж в знакомом местечке, где кормили фирменно и вкусно. Угодила за стол к элегантной паре, мужчине выгодного возраста и молодушке явно венгерских кровей. И дернул же черт, услышала английскую речь и вставила слово. От прелести вникания в язык, плетения собственных конфигураций забылись предрассудки, вольно разговор зашагал. Уж и переводчица – спутница оказалась ей, обслуживала путешествующего англичанина – без ревности занялась желудком. И надо же, вслед нанесению Светланой радужных узоров на хилое впечатление, полученное англичанином от действительно жалких руин Аквинкума, когда поведала кое-какие страсти о дворце Габсбургов, мистер немедленно пожелал прикоснуться к артефактам основательно и попросил Свету поруководить.
– В этом амплуа я себя еще не наблюдала, но посмотреть любопытно. Часа три уступить могу, – соболезновала она.
Штатного экскурсовода, тем самым, на время освободили, та обрадовалась и исчезла. Англичанин вел себя галантно, ненавязчиво, и на предложение продолжить знакомство Света согласилась бы, не препятствуй тому как раз ожидаемый приезд Вовика. Самое замечательное в общении были естественность, раскрепощение и в том духе.
Но пик случился месяца три спустя, когда Светлана подцепила пожилую мадьярскую пару. Это произошло в Секешфехерваре, небольшом городке, который Светлана намылилась посещать, дабы стяжать в одном магазинчике хорошие альбомы иллюстраций живописи и прочие доступности, дешевые здесь и богатого выбора. Должно упомянуть, именно тут тронулась она складывать подборки венгерских художников, движимая не оформившейся идеей.
Поковырявшись в ассортименте и кое-что выбрав, время далее употребила на прогулку по аккуратному скверику. Сиял свежий, лирический снежок, окружающее лоснилось, было осязаемым, напористым, воздух студено, хорошо лазал в теле. Его вкусно отражал сигаретный дым.
Проказы для, видно, Высокий всунул в скверик забавную парочку. Женщина непритязательного возраста, равнодушная и целеустремленная, и отягощенный сумкой гражданин противоположного поведения. Антипод возмущался, причем на немецком языке – должно быть, так наиболее точно передавалась степень недоразумения.
– Курица, бесхвостый павлин, обезьяна, бездомная кошка, – излагал он, как раз поравнявшись со Светланой. Стало ясно, что перечисленные виды не являются украшением фауны и, может статься, земного шара.
Что вы думаете! Светлана делает строгий взгляд и на немецком же начинает сомневаться в правомерности упоминания этих животных, как отрицательном аналоге. Гражданин, опешив, останавливается. Однако не те ребята, придя в себя, потерпевший начинает добросовестно излагать, что человек, который захотел приготовить гуляш и вместо чабреца пытается использовать имбирь, никаким иным именем кроме курицы пользоваться не может.
– Секундочку, – вразумляет Света, – кто вам сказал, что имбирь плохое растение? Я вас научу из одного имбиря делать такое блюдо, что вы забудете названия всех животных на свете.
Светлана с дядей славно разговорились. Жена блюстителя буквы – равнодушная дама впереди – тоже остановилась, внимала молча, и, кажется, ничьей стороны не держалась. Самое уморительное, нашу прелесть пригласили показать волшебный рецепт. Как вам понравится, она приглашение приняла. Приготовление блюда Светлана сопроводила фундаментальной лекцией – это была сплошная импровизация. Девка вошла в раж и врала столь вдохновенно, что оба дегустатора состояли в полном восторге и радушии. (Впоследствии Светлана не единожды навещала чудесных знакомых.)
Когда возвращалась домой и увидела приключение со стороны, напала смеховая истерика, пришлось остановить автомобиль. Рассказ Вовику предварила так:
– Слушай, надо что-то делать. У меня, похоже, происходят приступы безумия.
А дальше выяснилось, что эти два случая имели существенные последствия.
