Приглашение к любви полностью

Та, кто оставила ей копье, перехитрила не только монстров, но и этих.

Победительница.

Позвонит ли малыш № 53 своим, папе с мамой и сестре?

Ждут ли его связи эти, чтобы пробраться туда, где человеку не место? И ничему не место, кроме чистой души?

Ариадна сидела дома, убиралась и редко выпускала из рук швабру.

Где-то в книжном шкафу от хозяев съемной квартиры нашла она томик сказок – самую простую книжку, где все было написано для детей черным по белому. Так, что даже Ариадна, троечница, поймет. В кои веки открыла книгу: Ганс Христиан Андерсен «Снежная королева». И сразу там, где тролли понесли в начале сказки кривляющееся зеркало, все искажающее зеркало, в небо… на этом месте Ариадна вскрикнула.

Эти как раз и есть тролли.

– Мам… – сказал малыш сквозь помехи беспросветной ночью, когда маму взялись душить кошмары и снотворное. – Мам… здесь есть собаки.

Рука ее с мобильником упала на одеяло.

Она забылась впервые после похорон.

Утром мама малыша № 53 и не заметила, идя на работу, как исчезли двое странных людей, долгий месяц ходившие за ней по пятам. Они вслушивались в каждое ее слово. Один непомерно высокий в черном пальто, другой в белом халате в любую погоду – они стояли у нее под дверями, они прятались под лестницей, они были под ванной, они были кошмаром.

После звонка от малыша они исчезли навсегда.

У них почему-то ничего не получилось.

Прежде воин лишь спал во гневе Владычицы, качаясь на волнах боли и настойчивого призыва убивать. Но вот в руке ее возник золотой горн. Он пробил ревом тысячи лет забытья, и воин явился на зов – еще не герой, только память героя, клок тумана под Пелионом. Могучим копьем длиною полплетра потрясала Владычица. Выцелив и поразив героя, она восторжествовала, ибо поразить можно лишь сущее.

Он – есть.

Ногой она вдавила его в твердь и взмешала его кровь трехгранным наконечником:

«Чужак убивает твоих жен и друзей. Подобные ему убивали твоих братьев. Он убил МОЕ, будучи в гостях у МЕНЯ».

Но Владычица взбешена не из-за этого.

Она ревела, потому что все способные слуги ее – вне зоны действия ее сети. И только этот мужчина доступен. Его расперло от боли и гордости: да! я! это я – божественный воин и убийца, я!!!

Следом за криком из забытья потянулись былые рефлексы, куцая память, три века убывающей жизни – золото, серебро, бронза…

«А это твоя цель», – приказала богиня.

И на излете сна, едва забрезжило между век, он увидел небывалое облако, что никогда не питалось светом Солнцеликого. Из облака росла мраморная плита, расчерченная на девять божественно искусных квадратных мозаик. В каждой клетке была заключена его Владычица; иначе и быть не могло, ибо она всюду. Она – желтый квадрат саванны, она – джунгли Амазонки, она – сибирская тайга и пустыня Гоби… В центре его госпожи – в центре кадра – всегда стояла русая белозубая девушка в униформе цвета хаки. На пышной груди ее были вытатуированы цветное монисто и косы, вплетенные в них цветы и ветви. Наглая копия Владычицы, она выслеживала зверей тепловизором и убивала карбоновыми стрелами, глядя в оптический прицел.

Эту охоту в самом сердце его Владычицы подкрепляли сердца мертвых – бесчисленные потуги одобрения.

Вверху плиты мужчина увидел эпитафию:

Его цель.

Отбросив горн и копье, Владычица взялась за изделие Хромого – фантастический меч, вид которого вызвал у героя ужас перед пробуждением. Ужас столь великий, что и в явь он просочился бурей и неизбывной тревогой. Одним ударом богиня разрубила слугу пополам, отделив разум своего воина от его истинной природы, наказывая первому доставить второе к ненавистной Теоне и свершить месть. Герой никогда бы не задумался, почему богиня не может убить сама, зачем она калечит его… это не дело слуг – думать.

От фантомной боли мужчина дернулся. Смартфон с мерцающим инстаграмом[29] выскользнул из рук.

Он проснулся.

Сорвал маску, вдохнул мертвый воздух.