— Как и сейчас. Госпожа Вэльс мне очень понравилась, — весело признался капитан. Нортон смертельно побледнел, Керс, наоборот, стремительно покраснел.
— Значит, вас настроили против запаха вереска и полыни, а под ваш нос попалась и я. Думаю, можно считать ненависть ко мне побочным эффектом. Скажите, капитан, а сколько в вас волчьей крови?
— Это так важно? — удивленно спросил он.
— Просто ответьте.
— Я полуволк.
— Следовательно, ваше обоняние едва уступает звериному. А у нас есть другие оборотни в страже?
— Нет, — задумчиво ответил капитан. — Вы считаете, что меня хотели не допустить к каким-то зарослям вереска, чтобы я что-то не нашел?
— Похоже на то. Только либо маг был слабый, либо внушение осталось без подпитки.
— А не тот ли это маг, что подчинил себе Эндсона? — высказал вслух давно мучавший меня вопрос Керс.
— Два ментальных мага на один маленький Корлин — многовато, не находишь? — горько усмехнулась я.
— Господа, я совершенно не могу понять, где мог поддаться этому внушению, — сокрушенно посетовал капитан. — Я и не помню о том дне совсем ничего.
— Это нормально. Другое интересно — чем так опасен нашему злодею запах вереска? — спросило Керс.
— Ты спрашиваешь не то. Чем опасен полуоборотень? Тем, что может учуять что-то не то. Например, пропавших магов. Вереск сам по себе не опасен, но в нашем лесу есть вересковая пустошь, в центре которой стоит заброшенный охотничий домик. Охотники давно покинули эти места, вероятно, сразу после образования Сумеречных земель, но эта жалкая лачужка осталась. Нельзя найти это место, совершенно о нем не зная, — до того оно скрытое от людских глаз.
— Значит, наш враг очень близко. И он хорошо знает эти места, — задумчиво произнес Нортон.
— И он маг, обладающий даром менталиста, — подхватил Керс.
— Нам нужно посетить этот домик, — решительно высказалась я.
— Разумеется. Но если злодей так близок, как сделать это так, чтобы не вызвать никаких подозрений? Если мы отправим туда отряд стражников, то все раскроется тут же: Корлин — слишком маленький город.
— Я пойду туда собирать травы, — сказала я.
— В такую погоду? — удивленно уставился на меня капитан.
— В такую погоду на поверхность выходят некоторые особо капризные растения. С точки зрения логики мое поведение безупречно.
— Но ты не можешь пойти одна! Это слишком опасно, — возразил Керс.
— Я и не пойду одна. Рэмиан, ты ведь не откажешь мне в маленькой просьбе? — лукаво улыбаясь, взглянула я на отмалчивающегося мага.
— Конечно, нет, — улыбнулся мне в ответ Нортон. — Когда мы пойдем?
— Думаю, после обеда можно. Хотелось бы к ужину быть дома, — пояснила я. Услышав это, Рэмиан впился в меня взглядом, пытаясь найти хоть какое-то подтверждение тому, что я имею в виду именно наш ужин. Я мягко улыбнулась ему одному и на мгновение прикрыла глаза. Нортон понял меня и довольно откинулся на спинку стула.
— Капитан, а что же дальше? — не обращая никакого внимания на наши гляделки, спросил Керс.
— Все будет зависеть от того, что найдут господин Нортон и госпожа Вэльс. Надеюсь, кстати, с меня обвинения сняты? — любезно поинтересовался капитан.
— Разрешите проверить вас на "исповеди", чтобы не сомневаться! — предложил свой выход Штондт.
— Я могу дать клятву рода, что не имею никакого отношения к этим событиям, — после некоторой паузы ответил капитан.
Клятва рода — вещь серьезная, просто так раскидываться такими клятвами нельзя и даже опасно для жизни. Когда человек хочет доказать свою правоту или убедить кого-либо в чем-либо, он может к ней прибегнуть. Нужно лишь призвать всех своих умерших предков засвидетельствовать твои слова. Мертвые никогда не станут лгать и выгораживать живых, поэтому преступить такую клятву или обмануть с ее помощью кого-либо нельзя. Нет никакой разницы: маг ты или не маг, насколько колен назад ты знаешь своих предков, — клятва доступна любому. Даже моему другу, который не знал своих родителей.
— Нас это вполне устроит, — миролюбиво принял это предложение Керс.
— Тогда стоит взять эту клятву со всех присутствующих, чтоб никаких сомнений у нас не оставалось, — внес коррективы Штондт. — С кого начнем?
— Начну я, — вызвался капитан и четко, выделяя каждое слово, первым произнес слова родовой клятвы. — Я, Джонатан Морган, клянусь своими предками, что не имею никакого отношения к пропаже черных магов, нападениям нежити, разбойникам и ментальному внушению господину Эндсону. Пусть мой род примет мою клятву.
На протянутой вперед правой ладони зажегся крохотный огонек и тут же погас — знак правдивости сказанных слов. Аналогичные клятвы с тем же успехом принесли остальные мужчины. Когда очередь дошла до меня, я замешкалась.
— В чем дело, Лия? — обеспокоенно спросил меня Нортон.
— Ни в чем, — собираясь с духом, ответила я. Просто нужно называть свое настоящее имя, от которого я успела отвыкнуть. — Я, Амалия де Вэльс, клянусь своими предками, что не имею никакого отношения к пропаже черных магов, нападениям нежити, разбойникам и ментальному внушению господину Эндсону. Пусть мой род примет мою клятву.
